Читаем Восстание (ЛП) полностью

Прасутаг (бритт. Властелин рода, ум. ок. 60 г. н. э.) — тигерн[1] кельтского племени иценов, сначала противник, а затем союзник римлян. Был женат на Боудикке, имел двух дочерей.

[

-17

]

Гладиатор (лат. Gladiator) — боец в Древнем Риме, который сражался с подобными себе или дикими животными на забаву публике на специальных аренах за право быть освобожденным от рабства.

[

-18

]

Навмахия (др.-греч. ???????? — «морская битва»), — гладиаторское морское сражение в Древнем Риме, позднее — любое зрелище с имитацией морского боя. Сооружение для проведения навмахий (искусственный водоём, часто с трибунами для публики) также называлось навмахией.

[

-19

]

Venta Icenorum был civitas (городом) и столицей могущественного и независимого племени иценов, которые жили на территории современного Норфолка и дважды восставали против римского владычества, второй раз под предводительством царицы Боудикки в 61 году нашей эры.

[

-20

]

Так же известен как «чеснок, триволы и т.д.», состоит из нескольких соединённых звездообразно острых стальных штырей, направленных в разные стороны. Если его бросить на землю, то трибола всегда приземляется так, что один шип всегда будет направлен вверх, а остальные составят опору. Заграждение из множества разбросанного чеснока было эффективно против конницы, применялось также против пехоты, боевых слонов и верблюдов.

[

-21

]

Скорпион (лат. scorpio) — древнеримское название небольшого стреломёта.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Раб
Раб

Я встретила его на самом сложном задании из всех, что довелось выполнять. От четкого соблюдения инструкций и правил зависит не только успех моей миссии, но и жизнь. Он всего лишь раб, волей судьбы попавший в мое распоряжение. Как поступить, когда перед глазами страдает реальный, живой человек? Что делать, если следовать инструкциям становится слишком непросто? Ведь я тоже живой человек.Я попал к ней бесправным рабом, почти забывшим себя. Шесть бесконечных лет мечтал лишь о свободе, но с Тарина сбежать невозможно. В мире устоявшегося матриархата мужчине-рабу, бывшему вольному, ничего не светит. Таких не отпускают, таким показывают всю полноту людской жестокости на фоне вседозволенности. Хозяевам нельзя верить, они могут лишь притворяться и наслаждаться властью. Хозяевам нельзя открываться, даже когда так не хватает простого человеческого тепла. Но ведь я тоже - живой человек.Эта книга - об истинной мужественности, о доброте вопреки благоразумию, о любви без условий и о том, что такое человечность.

Алексей Бармичев , Андрей Хорошавин , Александр Щёголев , Александр Щеголев

Боевик / Приключения / Исторические приключения / Самиздат, сетевая литература / Фантастика