Читаем Воспитательные часы полностью

Я бы солгал, если бы сказал, что не разочарован; мой твердый член немного опал.

― Абсолютно права.

Ее пальцы впиваются мне в голову.

― Боже, как хорошо. ― Один затяжной стон, а потом: ― Остановись. Я хочу, чтобы ты лег на спину.

― Да, мэм, ― хриплю я, потому что, честно говоря, кто я такой, чтобы спорить?

Она перекатывается ко мне, опираясь на локоть. Рука скользит по матрасу ко мне, пальцы поднимаются по животу к пупку. Указательный палец прослеживает дорожку к поясу фланелевых штанов.

Наши глаза прикованы друг к другу. У меня перехватывает дыхание, когда ее ладонь опускается вниз по моим штанам, пальцы касаются лобка над членом. Брови взлетают к ярко-рыжим волосам.

― Без нижнего белья?

― Без.

― Хорошо, ― ухмыляется она.

Моя нога дергается, когда Лорел развязывает пояс. Мягко дергает за ленту, стягивая штаны с бедер.

― Поможешь мне?

Я поднимаю бедра, стягивая штаны, прохладный воздух в комнате ударяет по моим болезненно чувствительным яйцам. Пинаю их под одеялом. Чертыхаюсь, когда Лорел откидывает покрывало, рука скользит по моему тазу, сжимая основание члена. Медленно качает вверх и вниз.

― Боже, а я все гадала, как он выглядит, ― говорит она. ― Не могу дождаться, когда почувствую тебя внутри себя, Ретт. Я промокла от одной мысли об этом. Это будет так хорошо.

О мой гребаный бог.

Ее свободная рука скользит по внутренней стороне моего бедра, сжимая.

― Малыш, мышцы твоих бедер просто сумасшедшие.

Она что-то говорит, но я слышу только слово «малыш».

Мой член непроизвольно дергается, голова ударяется о подушку. Кулаки сжимают покрывало.

― Вот черт.

Тихий смешок.

― Я бы сказала, что ты это заслужил.

Это?

О, черт, она собирается отсосать мне? Это то, что значит «это»? Господи, пожалуйста, пусть так и будет.

Придвинувшись ближе, ее рука двигается вверх и вниз по моему члену.

― Тебе это нравится?

Я не могу ничего сделать, только приоткрыть губы и отрывисто кивнуть.

― Знаешь, я и раньше дурачилась, но еще никому не отсасывала. Хочу сделать это с тобой.

Что сделать? Что она хочет сделать со мной? Что она говорит?

Как меня зовут?

Я чувствую ее руку на моем члене, давление. Удовольствие. Когда она отпускает меня и садится на меня верхом, прижимаясь губами к моим, наши губы и языки сплетаются в клубок, беспорядочный клубок. Горячий. Открытый рот. Неистовый.

Наши зубы стучат, руки цепляются друг за друга. Кожа, сиськи, задница.

― Боже, ты сводишь меня с ума. ― Ее язык лижет мою шею. Ключицу. Сосок. Медленно спускается вниз по моему торсу, целуя и облизывая мой счастливый след. Сжимает член одной рукой, яйца другой. Указательный палец давит на…

― О, г-господи б-боже!

Ее рот скользкий, влажный, язык дразнит головку. Чувствительный кончик. Сосет.

И сосет, и сосет, пока я не забываю, как нужно дышать.

― Черт побери. Вот дерьмо. Дерьмо.

Прошу Тебя, Господи, не дай мне кончить. Пусть это продлится дольше.

Внезапно мне становится ясно, почему парни в команде постоянно болтают о минете, тупые засранцы, ― это так чертовски невероятно.

Я стону, запрокинув голову и вцепившись в одеяло, чтобы не поддаться искушению зарыться в ее волосы. Прикусываю, проводя зубами по нижней губе.

― Оо… да.…

Голова Лорел качается вверх и вниз на моем члене; мое зрение затуманивается, пытаясь сфокусироваться на ее лице. Это невозможно.

― Черт, Лорел, ― громко стону я. Мои глаза сдаются, закатываются, звезды вспыхивают за веками. ― Чееерт.

Когда она что-то напевает, я теряю самообладание. Теряю контроль над собой, толкаясь ей в рот, раз, другой. Яйца напрягаются, член подергивает. Нервы посылают спазмы по всей нижней части тела, когда я кончаю.

Крошечные толчки удовольствия.

Ничего никогда не чувствовалось так хорошо за всю мою гребаную жизнь.

Лорел

Когда Ретт кончает, он издает самые удивительные звуки. Эйфория, сексуальность, протяжные стоны, руки на простынях. Костяшки пальцев побелели.

Боже, это сексуально, это сильно. Это контроль.

Я провожу руками по гладкой коже его бедер, белой плоти, усыпанной темными волосами. Мужественный и мускусный. Его член все еще твердый.

Это невероятный член, немного больше, чем в средний: тупой и ребристый во всех правильных местах, я знаю, что это будет оргазмично, когда мы, наконец, займемся сексом. Держу пари, он может заставить меня кончить дважды с такими мускулами, я размышляю, скользя ладонями по его упругой заднице, представляя, как она вколачивается в меня снова и снова в миссионерской позе, от этой мысли мне становится жарко.

Я плюхаюсь на кровать рядом с ним и кладу ладонь ему на живот. Он берет меня за руку, проводит указательным пальцем, тяжело дыша.

Поворачивается ко мне лицом, опускает голову мне на грудь. Щелкает языком по моему соску. Сосет, оттягивая назад и дуя прохладным воздухом.

Я люблю это. Мне нравится, что Ретт заставляет меня чувствовать.

Как малейшие мелочи, которые он делает, посылают волны желания через меня.

Волны вожделения.

Удовольствия.