Читаем Воспитательные часы полностью

Поворачиваюсь, чтобы обнять Ретта за шею, загораживая от него маячащую фигуру, которая, черт возьми, собирается вторгнуться на мое первое официальное свидание с моим новым парнем.

Может, если я его проигнорирую, он просто уйдет.

― Эй, Рыжая, ― раздается его голос, ― давно не виделись.

Я напрягаюсь при звуке прозвища Тэда и со стоном высвобождаюсь из рук Ретта. Румянец усиливается. Поворачиваюсь, чтобы поприветствовать его:

― Тэд… привет.

Мои глаза блуждают по его груди, сканируя слова, напечатанные на кармане его безвкусной розовой рубашки: «я не гинеколог, но могу взглянуть».

Классный парень мой бывший. Не свинья вообще.

Он делает еще несколько шагов, обнимает меня за плечи, притягивает к себе и разворачивает. Обнюхивает мою макушку, как делал это раньше, когда мы встречались, прежде чем отпустить меня.

― Ммм, ммм, ммм. Черт возьми, Лорел, ты пахнешь так же хорошо, как я помню.

Через плечо Тэда наблюдаю, как Ретт делает медленный глоток из бутылки с водой, не сводя глаз с рук Тэда на моем теле. На пояснице.

Я съеживаюсь.

Выталкиваю Тэда из моего личного пространства, отступаю на три шага, увеличив расстояние между нами. Обнимаю Ретта за талию, когда он ставит бутылку с водой.

Ребята изучают, оценивают друг друга.

― Эй, чувак. ― Тэд наклоняет подбородок в сторону Ретта. ― Я тебя знаю?

― Нет, не думаю, что нас представили друг другу. ― Ретт коротко качает головой.

― Нет, я тебя знаю. ― Тэд изучает его до тех пор, пока ему не становится неудобно, затем щелкает пальцами, когда помещает Ретта в свое серое вещество. ― Рабидо. ― Он произносит: Рэи-и-д-у. ― Разве не твое лицо наклеили на боковой части стадиона? Для борьбы или еще чего-то.

Ретт кивает.

― Думаю, да. Маркетинг должен готовиться к чемпионату.

― Что? ― Я возбужденно поворачиваюсь к нему. ― Ты на рекламном щите? Ретт, это потрясающе! ― Целую его в губы, не в силах остановиться. ― Представляешь, лицо моего малыша на стене стадиона?!

Я визжу? Подпрыгивая на носках, как ребенок, переевший сладкого? Делаю мысленную пометку отпраздновать особый случай взбитыми сливками и обмазать им его самые вкусные части.

Лицо Тэда искажается от обиды.

― Ты никогда не называла меня малышом.

Я не могу остановить пузырь смеха, поднимающийся внутри меня. Этот парень настоящий?

― В любом случае. ― Он тяжело вздыхает и снова поворачивается ко мне. Тэд многозначительно шевелит бровями, как большой болван. ― Я подошел поздороваться, узнать, чем ты занимаешься. Как долго не виделись?

― Честно говоря, понятия не имею.

― Ну, должен сказать, ты выглядишь… великолепно, ― он говорит это так, как говорят скользкие парни. У меня мурашки бегут по коже, и я прижимаюсь к теплому боку Ретта.

― Хм, спасибо. ― Мои щеки становятся такими же красными, как и волосы; мне стыдно, что он такой придурок, и я зря трачу время с ним. Я кашляю. Кладу руку на предплечье Ретта. ― Кстати, Тэд, это мой парень Ретт.

― Твой парень? Реально? ― Тэд выглядит самодовольным. ― Тэд Дэвис, ее бывший.

― А, ладно, теперь это имеет смысл, ― Ретт в замешательстве ухмыляется, когда я засовываю пальцы в одну из петель его ремня.

― Парень, да? ― Мой бывший скрещивает свои толстые руки, ястребиным взглядом изучая. — Значит, у нас с тобой нет никаких шансов… ― Его брови снова странно и неуместно изогнулись.

Ретт отвечает прежде, чем я успеваю что-то сказать:

― Чувак, какого хрена?

Тэд поднимает руки.

― Что? Я просто проверяю. Некоторым парам это нравится.

― Ну, а нам ― нет. ― Я надеваю свою лживую маску на лицо. ― Было очень приятно снова тебя увидеть, но мы уходим. Передай от меня привет Уилсону, ладно?

― Почему бы тебе не подойти и не поздороваться?

― Может быть, в другой раз.

― Ладно. ― Он не понимает очевидных вещей. ― Тебе стоит как-нибудь заглянуть в дом.

Вообще-то… нет. Я больше не первокурсница, его популярность не манит меня, как раньше — как многих бестолковых девчонок, гоняющихся за именем, а не за сердцем.

Я прижимаюсь к Ретту, довольная.

― Удачи с сезоном.

― Да. ― Зеленые глаза скользят по парню рядом со мной. ― И тебе тоже, Рабидо. Было приятно познакомиться. Позаботься о моей девочке.

Долгая напряженная пауза. Затем:

― Она не твоя девушка. ― У Ретта низкий голос. Стальной. ― Она моя.

Воу.

Воу.

Воу.

Я открываю рот, отключаясь от происходящего, потому что, черт возьми, что это было?

Она моя.

А как он это сказал? С убежденностью, с сексуальным южным акцентом? Мои трусики тают. Ретт очерчивает границы, давая понять моему бывшему, что он пересек черту? Да, пожалуйста.

Я крепче обнимаю его за талию, когда Тэд, наконец, уходит.

― Это. Была. Самая. Сексуальная. Вещь.

Он закатывает свои великолепные карие глаза.

― Какого черта ты встречалась с этим мудаком? Я не могу поверить…

Я прерываю его поцелуем.

― Пожалуйста, не напоминай мне. Это не лучший мой момент.

― Я знаю, но, черт возьми, Лорел, что за чертовщина!

― Милый, пожалуйста. Остановись. Знаю, что он мудак. Я поняла. ― Смахиваю воображаемую прядь волос с его лба. ― Не все парни такие замечательные, как ты, ясно? Ты парень-единорог.

Это возбуждает его интерес.