Читаем Воспитатель полностью

«Победа Святого Михаила над дьяволом» – бронзовая скульптура 1958 г. Работа Джейкоба Эпштейна

«Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца; а вы знаете, что никакой человекоубийца не имеет жизни вечной, в нём пребыващей…»

(1-е поcлание Иоанна 3:15)

Прелюдия

В 1043 г. в расположенном в центральной Англии Ковентри был заложен бенедиктинский монастырь Св. Марии. Это была одна из многочисленных церквей, связанных с Леди Годивой – женой эрла Мерсии Леофрика, который спонсировал строительство церкви. Исторически до Второй мировой войны Ковентри ассоциировали с Леди Годивой, а также с испытаниями, которые выпали на долю жителей города, а также, возможно, с самой известной средневековой английской композицией – так называемой «Кэрол из Ковентри».


Новый кафедральный собор Св. Михаила, расположенный рядом с руинами храма, разрушенного во время бомбардировок Второй мировой, был построен по проекту архитектора Бэзила Спенса, победившего в проведенном в 1950 г. конкурсе, и позднее получившего за свой вклад в работу над этим проектом титул сэра. В конкурсе участвовало более 200 архитектурных проектов. Когда на следующий день после бомбардировки вошли в сгоревшее здание собора, то увидели, что две балки упали на алтарь и легли в форме креста. На камне за алтарем сделали надпись: «Отче! Прости им, ибо не ведают, что говорят».


Композиция для хора «Военный реквием» была написана Бенджамином Бриттеном в 1961 г. и исполнена в 1962-м. Произведение впервые исполнили на церемонии освящения нового кафедрального собора в Ковентри, возведённого рядом с руинами церкви XIV в. На первой записи композиции пели Галина Вишневская, Питер Пирс и Дитрих Фишер-Дискау, а дирижировал сам композитор.

1

Семидесятые. Я в Москве. Я дома.

Бриттена «Военный реквием» с Вишневской –

Русской звездой сопрано –

Слушаю в консерватории.

Влюблён я в музыку после Казахстана,

Где в моём ссыльном детстве наш патефон

Вертел единственного привезённого

«Евгения Онегина» пластинку. До хрипоты

Кружилась красная Мелодия –

Картинка в серединке –

Козловский уже пел басом. Я не умел

Ещё менять иголки…

Люблю я музыку, что толку? Не стал я

Музыкантом. Я архитектор –

Иду и размышляю после грома «Реквиема»:

«Военный реквием» – из храма на подмостках

Эта музыка заоблачного ада или рая!

Сверкающий оркестр – потрясающее действо!

Я архитектор, но музыка в моём

Строительном семействе. Войны и смерти

Рождают строительных участков перемены –

Колокол звонит для территорий смены

Вглубь сохранившихся лесов надо

Строить дома вместо траншей или крестов!

И здесь, в Москве – в шестидесятые –

Мои коллеги пристраивают к столице

Большое поселенье – и это даже состоится

С индустрией, (в столице тесно) – Зеленоград –

Как пристоличный город-сад! Не грех повторить

Успешно существующие сателлиты на

Мирового опыта орбитах…


«Военный Реквием»…

Бенджамин Бриттен…

Моей поэмы увертюра –

Так родственны они:

Музыка и архитектура.

Неожиданно я еду туда, где

Эта святая литургия родилась,

Где новый построенный или реставрированный

Храм суровых времён

Этим «Реквиемом» освящён!


Действительно –

Архитектурная

Командировка…

В Ковентри, который – тоже –

Британская история!

При этом город-спутник Лондона –

Его статус – Сателлит.

Ему разбавить

Гигант Лондон надлежит.

Первая прогулка – английская история вокруг!

Мэр Ковентри – наш первый друг,

Он шутит, вывернул карманы брюк:


Перейти на страницу:

Похожие книги

Обитель
Обитель

Захар Прилепин — прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Национальный бестселлер», «СуперНацБест» и «Ясная Поляна»… Известность ему принесли романы «Патологии» (о войне в Чечне) и «Санькя»(о молодых нацболах), «пацанские» рассказы — «Грех» и «Ботинки, полные горячей водкой». В новом романе «Обитель» писатель обращается к другому времени и другому опыту.Соловки, конец двадцатых годов. Широкое полотно босховского размаха, с десятками персонажей, с отчетливыми следами прошлого и отблесками гроз будущего — и целая жизнь, уместившаяся в одну осень. Молодой человек двадцати семи лет от роду, оказавшийся в лагере. Величественная природа — и клубок человеческих судеб, где невозможно отличить палачей от жертв. Трагическая история одной любви — и история всей страны с ее болью, кровью, ненавистью, отраженная в Соловецком острове, как в зеркале.

Захар Прилепин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Роман / Современная проза