Читаем Воспитание сына полностью

Мгновение, когда охотник делает выстрел, дрожь долгого преследования и завершение крупной сделки — эти моменты живут в грезах каждого мужчины с доисторических времен по сей день. Главным здесь является мощный энергетический цикл, фундаментальный для формирования мужчины: за коротким подъемом напряжения следует быстрое удовлетворенное состояние и полное расслабление. Этот кратковременный цикл непосредственного удовлетворения готовит тело мужчины к действию.

Когда мужчина находится под угрозой или в состоянии крайнего стресса, его тело настораживается и приводится в готовность к действию; нужно ли бороться за свою жизнь, защищать свою семью или решать трудную проблему, — мужчина готов к быстрому, решительному действию, которое принесет успокоение и разрешение ситуации, с которой он столкнулся.

Этот цикл напряжения — расслабления лучше всего виден в сексуальном поведении мужчины, всегда подвластном этому мощному энергетическому циклу. Сексуальная роль мужчины в жизненном цикле гораздо проще и уже роли женщины. Его биологическая задача — вовремя „посеять семя“. Как только это сделано, тело мужчины зовет его к другим делам. Вот оно — напряжение и расслабление.

Хотя эта биологическая потребность переживать напряжение, за которым следует быстрое удовлетворение, и введена в культурные рамки, корень ее таится глубоко в сущности мужского естества. Эта потребность проявляется уже тогда, когда мальчики играют в пятнашки, но только в отрочестве ее цикличность раскрывается в полную силу. Мастурбирование, отчаянные поступки, цель которых — поразить девочку своей мечты, потребность испытывать напряжение борьбы и восторг победы — все это примеры действия одной и той же биологической силы. Спортивные соревнования— один из наиболее подходящих способов вывести наружу настойчивую потребность в напряжении и расслаблении. При всех других способах используется скорее сила ума, чем мускулов.

Д: Том, мой клиент, — мальчик 17 лет. Он был подавлен и чувствовал себя козлом отпущения. Родители и учителя считали его ленивым. Он пришел на консультацию, потому что его исключили из школы, причем отказавшись даже объяснить почему. Я сказал ему, что лень его — лишь прикрытие и что, я думаю, он много работал. Затем я спросил Тома, над чем он так фанатично размышлял. (Это, конечно, был выстрел в темноту, просто я предположил, что тестостерон дополнительно нагружал его мозг, ибо тело его и осанка были слишком вялы.) Том взглянул на меня с удивлением и пробормотал: „Шпионский роман. Я люблю служителей порядка и закона!“ Он пояснил, что не хотел говорить кому-либо о своей книге, боясь быть осмеянным. В конце концов Том набрался достаточно смелости, чтобы прочесть отрывок из своей рукописи на уроке английского языка. Он потом рассказывал: „Я так нервничал, что струхнул почти окончательно, но стоял и продолжал читать. Когда все зааплодировали, мне показалось, что я самый сильный человек в мире. Мне страшно подумать об этом, но очень хочется попробовать еще раз!“