— Я не думаю, что от эльфа можно хоть чего-то добиться. Он действительно безумен, — подал голос Рэдж. — А вот «короля» я бы убил.

Вилл протер глаза:

— У Мары куча дел в академии… — Мара с упоминанием своего имени слегка кивнула. — Она не будет этим заниматься… Аксель?

— Если Рэдж говорит, что от ушастого ничего не добиться… То чего я сделаю? — отхлебнул из фляжки Аксель. — Ничего!

— Ланс?

— Я бы тоже… Сразился с королем? Или принцем? Хочу уб-ить короля… Или принца… Или со… всех сра-зу убью! — икая, ответил захмелевший Ланс. Если у героя и была слабость, то это алкоголь. Под его действием, Ланс нашел интерес и в убийстве принца.

— Койл?

При упоминании своего имени Койл начал переминаться с ноги на ногу. Естественно, заниматься допросом он не желал.

— Ничего не скажешь? Ну тогда… — Вилл многозначительно обратил взгляд к разбитому окну. — Мдаааа…

Я живой

— Удаление завершено на 83 %, — болезненно прозвучал неестественно громкий женский голос.

«Че? Какое удаление? Где я!?»

Вокруг меня тьма. Ничего не видно, кроме смутно знакомого окна, в котором мерцает небольшая полоска. Дышать трудно, а руки и ноги не хотят меня слушаться. Я лежу? Я ранен?

— Удаление завершено на 87 %

Чувствую, как из моей не прояснившейся головы исчезает нечто важное. Мне не больно, но чертовски обидно.

— Удаление завершено на 91 %

«ЭЭЭЭЭЭ. СТОП! ОТМЕНА! КУДА ЖАТЬ!? ОТМЕНА! ОТМЕНА!»

— Ты уверен, что хочешь отменить процесс удаления воспоминаний? Удаление завершено на 95 %.

«ДА, МАТЬ ТВОЮ! ОТМЕНА! ОТМЕНА!».

— Процесс удаления остановлен на 97 %. 3% памяти заархивированы. Свойство тайное знание сформировано.

Стало легче. Но всё же чувствую, как задыхаюсь от злости. Чувствую, что лежу на земле. Чувствую траву меж своих пальцев, но по-прежнему ничего не вижу.

«Я слеп?».

— Нет, у тебя что-то на голове, — снова прозвучал женский голос, но в этот раз он был гораздо тише и не грозил оставить меня без слуха. Женский ли? Скорее девичий… Или голос помолодел? Странно.

Моя память… Она утекла пока я… Пока я что? Что я делал?

Как я вообще сюда попал?

Неуклюже, ощупываю у себя на голове мешок. Чувствительность пальцев заметно нарушена. С трудом развязываю узелок на шее и сбрасываю мешок. Яркий свет больно бьет по глазам. Моргаю и прикрываю глаза руками от лишнего света. Помогает. Я в неглубокой маленькой яме, а вокруг каменные надгробия. Это могилы? Я на кладбище? А что еще это может быть? Кладбище, судя по всему, было заброшенным. На многих могилах беспорядочно растут пушистые кусты и небольшие деревья. За могилами явно никто не ухаживает.

Тревожно. Ничего не узнаю, хотя всё кажется предательски знакомым. Глубокий вдох. Выдох… Страх убивает.

Хоть что-то я помню.

Еще один глубокий вдох… Воздух чист. Не могу различить в нём ни единого запаха. Выдох… Звуки! Где всё звуки?! Мертвую тишину разбивает только моё дыхание и биение сердца. Ни пения птиц, ни шелеста травы, ни ветра… Ничего!

Оглядываю свои ладони. Руки маленькие, пухлые, детские. Они не могут принадлежать мне. Сжал кулачки, разжал. Как бы то ни было, теперь, эти ладони мои.

Руки начинают дрожать… Хотя не только руки. Я замерзаю? Чувствую тепло от лучей света кожей, но земля слишком холодная. Я гол, на мне нет ни клочка одежды. Не могу победить дрожь, но пытаюсь встать на ноги.

Падаю. Ноги, подобно рукам, не ощущаются своими. К счастью, земля мягкая и обошлось без травм. Пытаюсь встать еще раз и снова неудача. Я разучился ходить. Потрясающе… Разучился? А умел ли? Умел конечно! Как иначе!?

Сдаюсь и пытаюсь отползти на четвереньках.

«Куда я ползу? Что я делаю?».

— У меня нет точного ответа. Просто ползешь куда глаза глядят, — раздался знакомый девичий голосок.

Она, кем бы она не была, не застала меня врасплох. Казалось, что так и должно быть, как само собой разумеющееся. Я огляделся, но никого не увидел.

«Ты где?»

— Здесь.

Снова огляделся и снова никого. Где бы ни было это здесь, это не здесь…

«Объясни».

— Не поняла.

Я тоже не понимаю… Прислушавшись, я даже не могу понять откуда идет её голос!

«Что значит, ты здесь?»

— Я здесь. С тобой.

Отличное объяснение! Но прикрыв уши руками, девчонка тише не стала. Вывод напрашивался сам.

«Я тебя не вижу. Ты внутри? Во мне?».

— Нет, но так можно сказать, если тебе будет удобней.

Не знаю, хорошая эта новость или нет.

«Ты знаешь где мы?»

— Мы? Мы здесь. Почему ты задаешь такие глупые вопросы?

«Я ЗАДАЮ ГЛУПЫЕ ВОПРОСЫ!? А ответы ты даешь дохрена умные?!».

— Каков вопрос, таков и ответ.

Она издевается? Что с ней не так?

«Ты разве должна задавать мне вопросы?».

— Не должна.