Читаем Воскресший «Варяг» полностью

По возвращении из Парижа в Россию С. Ф. Дорожинский был назначен Государем Императором Николаем II-м сопровождать Великого Князя Александра Михайловича во всех его поездках в Англию и во Францию, на все заводы и авиационные центры для ознакомления, для покупок нужного материала и аэропланов, с целью создания авиации в России. Таким образом: волею Божьей Великий Князь Александр Михайлович в 1916 году явился истинным родоначальником и вдохновителем Русской авиации и Создателем Русско-военно-воздушного флота, постоянным членом которого был по Высочайшему рескрипту назначен С. Ф. Дорожинский.

Великий Князь Александр Михайлович всегда приглашал C. Ф. Дорожинского к своему столу, очень сетуя на то, что Станислав Фадеевич — идейный вегетарианец — не разделял его меню. (Тоже влияние его гувернера англичанина, который 8-летнего мальчика однажды повез показать Петербургскую бойню; с тех пор на всю свою жизнь Станислав Фадеевич остался убежденным вегетарианцем. За это в морском корпусе в начале его часто сажали даже в карцер, но всегда бесполезно). Великий Князь Александр Михайлович очень ценил и дарил своей дружбой Дорожинского и наградил его великолепным золотым с голубой эмалью знаком «Русской Авиации», который теперь как и остальные 10 находятся в музее.

Среди них выделяется один замечательный по красоте (работы Фабержэ) личный дар Государя Императора С. Ф. Дорожинскому — это лавровый венок, вылитый из платины, посредине большой золотой якорь — флот, по бокам 2 массивных золотых крыла — авиация, а внизу, также из золота, две подводных мины, т. к. за это время Дорожинский успел уже окончить подводные классы в Кронштадте и много плавал на подводных лодках. 6-го Декабря 1915 г. С. Ф. был произведен в капитана 2-го ранга; в 1916 году, получил назначение на должность Командующего 2-ой воздушной бригадой — Воздушной авиации Балтийского моря, и выехал в Ревель, где и начал формирование своей бригады, в чем ему помог по устройству канцелярии и других разных помещений и по хозяйственной части командир 1-ой бригады капитан 2-го ранга ЩЕРБАЧЕВ.

В Ревеле Дорожинский много раз проявил себя на высоте единичных и трудных опытов на разных контрольных единичных полетах для расширения авиационных возможностей. И на том же аппарате Фарман перелетел залив, который сплошь был покрыт льдом. По возвращении его на станцию ему устроили там торжественную встречу, а на другой день Станислав Фадеевич получил телеграмму от начальника Воздушной Дивизии адмирала Дудорова: «Поздравляю Вас с открытием Вами новых воздушных путей». И через много лет тот же адмирал Дудоров, уже в эмиграции прислал письмо из Флориды (Ам.) 18-го Марта 1959 г. в Ниццу: «Глубокоуважаемый и дорогой Станислав Фадеевич, спасибо Вам за Ваш ответ на мою просьбу — присланные справки о Вашей службе и сообщаю их Томичу В. М. — желая, чтобы он в своей книге о «Русской авиации» — отвел соответствующее место ее историческому интересу. Ведь Вы являлись первым морским и одним из первых военных лётчиков России, не говоря уже и о предыдущей Вашей блестящей службе в воздухоплавании. В ожидании от Вас и других интересных справок искренно Ваш (собственноручно) Б. Дудоров». (Это письмо адмирала Дудорова, а также все остальные документы, находятся у автора этих воспоминаний). Так закончилась авиационная и морская карьера и начались, как и для других, «скитания» по чужим краям в постоянных поисках «заработка» на жизнь свою и всей своей большой семьи. В конечном итоге судьба привела Станислава Фадеевича во Францию, знакомую и так им любимую. Вот тут развернулось много других талантов покойного Станислава Фадеевича, приученного с раннего детства строгим гувернером англичанином к постоянной работе, порядку, дисциплине и большой скромности. Обуреваемый всю свою жизнь ненасытной жаждой знаний-достижений, будучи человеком высоко-культурным, истинной христианской души, полным гуманитарных идей и пылкого желания провести их в жизнь, Станислав Фадеевич приобрел, сначала в кредит, великолепное имение в Пиренеях «Вега», где устроил 1-ый вегетарианско-христианский центр во Франции. Многие и многие во время войны и оккупации находили себе прибежище в его «Веге». Чтобы хорошо вести свое имение, С. Ф. Дорожинский добился диплома французского инженера «агриколь» (агронома) и работал все время одновременно и сам в своем имении. Он успел еще получить французский диплом медика. Имея большие способности к живописи, он стал любимым учеником знаменитого русского художника Константина Коровина, сделавшись потом его большим другом, и много помогал ему материально в последние его тяжелые годы в Париже.

Кончина с. Ф. Дорожинского была столь же необыкновенна и полна красоты и достоинства, как и вся его жизнь. Чувствуя приближение конца, он привел все свой бумаги в порядок — это было в «страстной четверг» — и сказал жене утром: «Я должен похристосываться с тобой сегодня», как бы предчувствуя, что это было последнее утро его жизни. Вечером, когда в церкви читались «Евангелия», он тихо перешел в другой мир.