Ройс притянул ее к себе и крепко обнял. Она уткнулась лицом ему в грудь. Он гладил ее по голове, наслаждаясь прикосновением ее волос к своим пальцам. Гвен была очень сильной и смелой, но ее хрупкость никогда не переставала изумлять его. Он прежде не знал никого, подобного ей, и уже подумывал о том, чтобы сказать Адриану, что никуда не поедет.

— Гвен…

— Даже не думай об этом, — сказала она. — Мы не можем строить новую жизнь, пока ты не разберешься со старой. Ты нужен Адриану. И я не хочу быть виновной в его смерти.

— Я бы никогда не стал тебя обвинять.

— Я бы не выдержала, если бы ты возненавидел меня, Ройс. Я бы лучше умерла, чем позволила бы этому случиться. Пообещай мне, что поедешь. Пообещай, что позаботишься об Адриане. Пообещай, что не впадешь в отчаяние и исправишь все ошибки.

Ройс опустил голову, уткнувшись подбородком в ее макушку. Он стоял, вдыхая знакомый аромат ее волос, и у него вдруг перехватило дыхание.

— Хорошо, но ты должна пообещать, что уедешь в монастырь, если все опять станет плохо, как раньше.

— Я уеду, — сказала она, крепче обнимая его. — Мне так страшно, — прошептала она.

— Ты всегда говорила, — удивленно сказал Ройс, — что тебе не бывает страшно, когда я уезжаю на задание.

Она посмотрела на него. В глазах ее стояли слезы, а на лице было написано виноватое выражение.

— Я лгала.

Глава 3

ГОНЕЦ

Адриан стоял в приемной регентов, дожидаясь своей очереди, чтобы передать секретарю письмо. Секретарь, невысокий, пухлый, лысеющий мужчина с пальцами, выпачканными в чернилах, и запасным пером за каждым ухом, сидел за массивным столом и что-то писал, бормоча себе под нос. Растущая очередь его, казалось, вовсе не волнует.

Приехав в Аквесту, Адриан тут же отправился с письмом во дворец, а Ройс, спрятав оседланных лошадей в укромном месте, ждал его неподалеку. Несмотря на то что на счету у Адриана было невероятное число заказов, которые он выполнил для дворян, мало кто знал его в лицо, поскольку Рийрия всегда вела дела через посредников вроде виконта Альберта Уинслоу, который сам договаривался с заказчиками, помогая ворам сохранять инкогнито. Адриан был почти уверен, что Сальдур его не узнает, опасность представляла лишь встреча с Луисом Гаем, и потому он заранее продумал план возможного бегства из дворца и даже пересчитал стражников, стоявших на пути к освобождению.

В столице Новой империи было шумно. Дворцовый персонал сновал туда-сюда, постоянно открывая и закрывая многочисленные двери. Многие передвигались бегом, те же, кто не желал ронять своего достоинства, шли быстрым шагом. Порой Адриан ловил на себе чей-нибудь любопытный взгляд, однако он давно усвоил, что внимание, которое люди обращают на других, как правило, обратно пропорционально их положению. Лорд-управляющий и верховный канцлер прошли мимо, не удостоив его взглядом, дворецкий внимательно присматривался, а молодой паж долго и с любопытством таращился на него. Высокородные господа не замечали Адриана, и все же столь длительное пребывание в императорском дворце не входило в его планы — он уже начинал беспокоиться.

Двое гонцов быстро добрались до секретарского стола, бросили свои сумки и ушли восвояси. Следующим в очереди был городской купец, который явился с некими жалобами. Разбирательство с ним заняло некоторое время, поскольку секретарь задал множество вопросов и тщательно записал каждый ответ.

Прямо перед Адрианом к столу подошла молодая, неприметная на вид девушка.

— Передайте лорду-управляющему, что я прошу у него аудиенции, — сказала она, выступив вперед.

Ее лицо, не тронутое румянами либо пудрой, казалось очень невыразительным, а гладко зачесанные, покрытые сеточкой волосы только усугубляли общее впечатление невзрачности. Ее фигура напоминала грушу. Платье, пышным кольцом окружавшее бедра, делало это еще заметнее.

— Лорд-управляющий сейчас на совещании с регентами, его нельзя беспокоить, моя госпожа.

По сути ответ был вежливым, но тон — крайне неуважительным. Слова «моя госпожа» были произнесены даже с какой-то издевкой, но девушка либо не заметила этого, либо намеренно пропустила мимо ушей.

— Он уже больше недели избегает меня! — возмущенно сказала она. — Надо что-то делать! Мне нужна ткань на платье для императрицы.

— Согласно моим записям, на платье для Модины недавно была потрачена немалая сумма. Мы ведем войну, и нам необходимы более важные приобретения.

— То платье было для церемонии на балконе. Она не может его носить. Я говорю о платье на каждый день.

— Тем не менее оно было очень дорогим. Вы же не хотите, чтобы наши солдаты недоедали из-за очередного красивого платья императрицы?

— Очередного? У нее всего два старых и поношенных!

— Это уже больше, чем у многих ее подданных, разве не так?

— Империя потратила целое состояние на перестройку этого дворца. Вне всякого сомнения, кусок ткани не нанесет казне большого урона! Императрице не нужен дорогой шелк, вполне сгодится обыкновенный лен. Я попрошу швею…