Терри Пратчетт

Вор Времени

Как гласит Первая Скрижаль Мгновена Вечно Изумленного, на рассвете Мгновен вышел из пещеры, где он был просвещен, прямо в первый день своей новой жизни. Некоторое время он разглядывал встающее солнце, поскольку никогда не видел его прежде, а затем подтолкнул своего мирно посапывающего ученика Дурвруна носком сандалии.

— Я узрел, — промолвил он. — И осознал.

Тут вдруг он замолчал и пристально посмотрел на дерево рядом с Дурвруном.

— Какая удивительная вещь. Что это? — спросил он.

— Э… э… это дерево, учитель, — сказал Дурврун, еще толком не продравший глаза. — Помнишь? Оно было здесь вчера.

— Этого «вчера» не было.

— Э… э… думаю, было, учитель, — пробормотал Дурврун, с трудом поднимаясь на ноги. — Помнишь? Мы поднялись сюда, я приготовил еду, ты съел скортошку, а я — кожуру, потому что ты с кожурой не ешь и…

— Я помню вчера, — задумчиво произнес Мгновен. — Но сейчас воспоминание о нем живет лишь в моей памяти. Был ли вчерашний день реален? Или реальны только воспоминания? Истинно говорю тебе, я не был рожден вчера.

Лицо Дурвруна застыло в мучительной попытке осмысления.

— Глупый мой Дурврун, я познал все, — сказал Мгновен. — В пригоршню не зачерпнуть ни прошлого, ни будущего. Только сегодня, только сейчас. Нет иного времени, кроме настоящего. Нам многое предстоит сделать.

Дурврун пребывал в нерешительности. Учитель странным образом изменился: его глаза блестели, а когда он двигался, вокруг появлялось странное серебристо-голубое сияние, словно в воздухе плыли образы Мгновена, отраженные жидкими зеркалами.

— Она поведала мне все — продолжал Мгновен. — Теперь я знаю, что Время было сотворено для людей, а не наоборот. Я научился формировать и создавать его. Я знаю, как заставить миг длиться вечно, потому что он и так вечен. Я могу обучить этому искусству даже тебя, Дурврун. Я слышал, как бьется сердце вселенной, и знаю ответы на многие вопросы. Вот спроси меня. Спроси о чем угодно.

Подмастерье перевел на него мутный взгляд. Сейчас он мог с уверенностью сказать только одно — для раннего утра рассуждений было больше, чем должно быть ранним утром.

— Э… что учитель хочет на завтрак? — спросил он.

Мгновен глядел через снежные равнины и пурпурные горы на золотой утренний свет, творящий мир, и размышлял над некоторыми сторонами человеческой сущности.

— О, — сказал он. — Этот вопрос один из самых сложных.

Чтобы что-то могло существовать, оно должно быть наблюдаемо. Чтобы что-то могло существовать, оно должно иметь свое место в пространстве и времени. И это объясняет, почему девять десятых вселенной томятся в неизвестности.