Читаем Вопреки (СИ) полностью

– И чего ты хочешь от меня? – таким же тихим голосом спросил он. Сасори хмыкнул, приподняв его лицо за подбородок.

- Ты будешь меня слушаться, – твердо ответил он. Не спрашивая – ставя перед фактом, предупреждая. В его голосе сквозила угроза. Дей потерялся в этих потемневших глазах, на дне которых все полыхал огонь.

- Да, Данна, – приглушенно выдохнул он.

“И разверзлась бездна над миром, и вздрогнуло в ужасе все живое, ибо пламя, вышедшее из бездны, было всепоглощающим”, – вспомнилось почему-то Тсукури. Его стратегия была неизменной уже много лет – дать кукольнику поверить, что он выиграл. И пусть раньше таких ситуаций не было, привычки остались старыми. Но они работали.

- Молодец, – сказал Акасуна, убрав светлую прядь с лица Дея. – Лучше не зли меня.

Ладонь со щеки подрывника скользнула на его шею. Сасори притянул его к себе, поцеловав. Этот поцелуй был требовательным и властным. По спине блондина вдоль позвоночника скользнул холодок, по рукам побежали мурашки, и он закрыл глаза. Отстранившись, кукольник отступил на шаг, окинув парня взглядом. Хоть серьезных увечий он и не получил, но потрепало подрывника неплохо. Взгляд Акасуны вернулся на лицо напарника.

- Приведи себя в порядок, – все тем же голосом, с проскальзывающей в нем властностью, сказал он.

- Да, Данна.

Нити исчезли также незаметно, как и появились. Дважды повторять Дею не пришлось, и он быстро скрылся за дверью ванной. Закрыв защелку и включив воду, он распахнул окно. В очередной раз размышлять о том, что происходит с Сасори, не хотелось, а вот свалить подальше – очень. Не прошло и минуты, как над крышей здания раскинула крылья глиняная птица, унося подрывника с собой. Вздохнув, блондин сел, скрестив ноги, и посмотрел на темное небо.

“Что-то устал я сегодня…”

Где-то через час внизу отчетливо послышался звук захлопнувшейся двери. Дей, валяющийся на спине, закинув руки за голову, перекатился на живот и посмотрел на быстро удаляющуюся фигуру кукольника.

“Отлично. Что теперь?” – мрачно подумал он, провожая Сасори взглядом.

Нахмурившись, он поднялся на ноги, задаваясь вопросом, куда его напарник мог помчаться посреди ночи. Чертыхнувшись, он бесшумно полетел следом, не совсем уверенный в правильности этого решения. У кромки леса он нагнал его, перестав скрываться, и опустился вниз, зависнув в нескольких метрах над землей. Акасуна остановился, не оборачиваясь, его спина словно окаменела. Дей прислонился плечом к широкому стволу и, скрестив руки на груди, посмотрел на кукольника сверху вниз.

- Тебе адреналина в жизни не хватает, что ли? Или приключений решил поискать на ночь глядя? Куда ты идешь? – спокойно спросил он, хотя его глаза сверкали непонятно откуда взявшейся злобой.

Сасори медленно обернулся, с раздражением смерив подрывника взглядом.

- А ты, я смотрю, совсем смерти не боишься, – тихо ответил он. Блондин усмехнулся.

- Может, боюсь, может, нет, – протянул он и, вздохнув, решительно спрыгнул на землю, оказавшись лицом к лицу с кукольником. – Но в этот лес я тебя одного не отпущу.

С минуту они молча смотрели друг на друга, не скрывая раздражения. Пока Сасори резко не выдохнул.

- Тебе какое дело?

Сделав шаг навстречу, он сократил оставшееся между ними расстояние, приблизившись почти вплотную, и схватил подрывника за руку, на которой еще чувствительно ощущался слабый ожег после их маленького развлечения. Дей слегка поморщился, а Акасуна фыркнул.

- Ты сам о себе позаботиться не можешь. Так что не надо ходить за мной, – выплюнул он в лицо блондина. Тот еще больше нахмурился, хотя руку не вырвал.

- Данна, – предупреждающе сказал блондин. Его глаза потемнели от злобы. – Я как-то прекрасно жил и до тебя. И за время работы в организации научился многому. Ты прекрасно знаешь, что я справлюсь. Не кидайся такими словами.

Видимо, в глухом тихом голосе Дея было что-то такое, отчего кукольник отпустил его руку. Кажется, подрывник конкретно разозлился, причем не как обычно, когда он взрывался нелепыми амбициями и быстро остывал, тут было другое. Глубокое сильное чувство. Такое было редкостью, и мало кто это видел.

- Спрашиваешь, какое мне дело? А тебе какое было дело? Там, в казематах? Или пару дней назад? Или сегодня?

Сасори не ответил, только слегка прищурил глаза. Дей хмыкнул:

- Вот и мне такое же дело.

- Ты не понимаешь, о чем говоришь, – прошипел Акасуна. Он давно не видел этот злой и упрямый взгляд голубых глаз.

- А ты? – в тон ему спросил подрывник. – Ты понимаешь? Или ты слишком гордый, чтобы до такого опуститься?

Разумной частью сознания он понимал, что нить разговора безнадежна потеряна, но остановиться уже не мог. Руки блондина сжались в кулаки, и он отступил на шаг. Его глаза обычно цвета ясного неба, сейчас казались почти черными из-за плескавшейся в них ярости.