Читаем Вопреки (СИ) полностью

- Лучше ешь сам. Покормить меня ты еще успеешь.

Глаза Дея сверкнули.

- Я сказал – ешь.

Хитоми тихо прыснула и поднялась, позвав Нацу. Он появился за ее спиной с демоном на плече. У обоих на лице была улыбка, зато Гоби, наконец-то, молчал.

- Мы, пожалуй, пойдем прогуляемся. Вечером зайдем попрощаться, – она еще хотела поговорить с Деем, но момент явно был неподходящий. Эти двоим нужно было побыть наедине. Троица исчезла, весело переглянувшись. Чернушка мягко провалилась сквозь пол.

Блондин даже не обернулся, открыто глядя в глаза кукольника. Казалось, они и не заметили, что остались одни.

- Не буду, – упрямо качнул головой Акасуна. Его измотанные за эти дни нервы давали о себе знать нарастающим раздражением. Это было совсем не вовремя. Он старался подавить его, но получалось плохо. Он устал и слишком вымотался, чтобы держать себя в руках.

Вилка ходила ходуном, пока они, как два барана, дергали ее из стороны в сторону. В конце концов, Дей сделал пас рукой, освобождая столовый прибор, одновременно с этим перехватив руку кукольника. Он даже в лице не изменился. Такой вредности в нем не наблюдалось с тех пор, как они ушли с базы.

- Ешь.

- Да хватит, я сказал!

Блондин наклонил голову на бок. Его рука не дрогнула.

- А я сказал другое.

Плечи Акасуны дернулись. Он шлепнул по руке подрывника, и вилка выпала из его пальцев, звонко упав на пол.

- Прекрати!

В его голосе появились знакомые опасные нотки. Но что-то пошло совершенно не по привычному сценарию.

Дей опустил голову, посмотрев на вилку, и улыбнулся.

- Тааак...

Он плавно поднялся. Кажется, Сасори пропустил тот момент, когда блондин оказался на его коленях. Дей перехватил его руки, положив себе на талию, и обхватил ладонями его лицо, запрокинув голову.

- Если ты начнешь беситься, я тебе нос откушу, – тихо сказал блондин, посмотрев прямо в глубину карих глаз. Кукольник растерялся. Дей, усмехнувшись, коснулся его губ своими, слегка прихватив нижнюю.

- Ты ведь так много думаешь... Никогда тебе не думалось, что за всю свою жизнь, Акасуна Сасори, ты злился уже достаточно для того, чтобы сорвать к черту всю свою нервную систему? – снова этот мягкий поцелуй. – Придется мне быть на страже твоих оставшихся в живых полудохлых нервных клеток, – его пальцы плавно скользнули в рыжие пряди, немного потянув. – Заводится он тут с пол оборота. Дурак. Не бережешь совсем себя. А я буду.

Следующий поцелуй был глубоким и чувственным. Сасори не сопротивлялся. Да и разве он мог? Это парень был все тем же взбалмошным подрывником, его напарником, его любимой куклой. Но что-то было в нем новое. Ведь прежде он никогда не мог заткнуть уже заведенного кукольника одним поцелуем.

- Скажи мне, Данна, – шепотом спросил блондин, наклонившись к самому уху Акасуны, мягко перебирая его волосы, – Ты спал вообще эти четыре дня?

- Немного, – выдохнул Сасори и положил голову на плечо Дея. – Я не мог спать. Поэтому Хитоми отвлекала меня разговорами. Наверное, если бы не она, я бы и не спал, и не ел.

- Я ее потом обязательно отблагодарю, – усмехнулся блондин, аккуратно отстранив парня. Пробежался взглядом по его лицу, провел рукой по волосам и ниже, очертив ладонью скулу. В его глазах мелькнула грусть. – Прости меня за это. Так было нужно.

Кукольник слегка усмехнулся. Это было уже неважно. Главное, он был здесь. Он смотрел на него, улыбался ему, обнимал его. Он жил. И какая теперь разница, нужно это было или нет.

- Должен будешь, – сказал Акасуна, проведя рукой по плечу Дея. – Только теперь моя очередь. Меня ждет моя кома, желательно после пары бутылок спиртного.

Блондин тихо засмеялся.

- Сейчас десять утра. Рановато для спиртного, – он встал с колен Сасори и потянул его за руку. – Идем.

Что-то в нем неуловимо изменилось. Не было раньше в его интонациях такой мягкой настойчивости.

Не отпуская руки рыжего беса, Дей дошел до дивана, на котором все еще валялись подушки с их случайной ночевки тут. Блондин улыбнулся этим воспоминаниям, сейчас они казались такими далекими. Он лег на диван, практически уронив кукольника рядом, и тут же обнял его.

- Давай договоримся перед тем, как ты снова начнешь наезжать на меня. Не хочешь спать – не спи. Но ты со мной полежишь, – твердо заявил он, прекрасно зная, просто с одного взгляда чувствуя его состояние, что Акасуна так или иначе отключится.

Сасори промолчал. Хотя бы потому, что тут нечему было возразить. Он просто удобно устроился в руках Дея. Блондин оказался прав, всего через пару минут его начало клонить в сон. Кукольник не стал сопротивляться, быстро заснув. Он слишком давно нормально не спал. Он слишком давно не чувствовал такой выматывающей усталости.

Дей аккуратно прижал его к себе, невесомо коснувшись лба губами.

- Спи, Данна...

Перейти на страницу:

Похожие книги

Олег Табаков
Олег Табаков

Олег Павлович Табаков (1935–2018) создал в театре и кино целую галерею ярких и запоминающихся образов, любимых, без преувеличения, всеми зрителями нашей страны. Не менее важной для российской культуры была его работа на посту руководителя таких знаменитых театров, как МХАТ — МХТ им. А. П. Чехова, «Современник» и созданный им театр-студия «Табакерка». Актер и режиссер, педагог и общественный деятель, Табаков был также блестящим рассказчиком, автором нескольких книг, мудрым и тонко чувствующим мастером своего дела. О перипетиях его жизни и творчества рассказывает книга театроведа Лидии Боговой, дополненная редкими фотографиями из архива Табакова и его впервые издаваемыми «заветками» — размышлениями об актерском мастерстве.

Федор Ибатович Раззаков , Лидия Алексеевна Богова , Федор Раззаков

Биографии и Мемуары / Театр / Современная русская и зарубежная проза
Олег Борисов
Олег Борисов

Книга посвящена великому русскому артисту Олегу Ивановичу Борисову (1929–1994). Многие его театральные и кинороли — шедевры, оставившие заметный след в истории отечественного искусства и вошедшие в его золотой фонд. Во всех своих работах Борисов неведомым образом укрупнял характеры персонажей, в которых его интересовала — и он это демонстрировал — их напряженная внутренняя жизнь, и мастерски избегал усредненности и шаблонов. Талант, постоянно поддерживаемый невероятным каждодневным кропотливым творческим трудом, беспощадной требовательностью к себе, — это об Олеге Борисове, знавшем свое предназначение и долгие годы боровшемся с тяжелой болезнью. Борисов был человеком ярким, неудобным, резким, но в то же время невероятно ранимым, нежным, тонким, обладавшим совершенно уникальными, безграничными возможностями. Главными в жизни Олега Ивановича, пережившего голод, тяготы военного времени, студенческую нищету, предательства, были работа и семья.Об Олеге Борисове рассказывает журналист, постоянный автор серии «ЖЗЛ» Александр Горбунов.

Александр Аркадьевич Горбунов

Театр
Работа актера над собой. Часть II
Работа актера над собой. Часть II

Перед вами одно из самых знаменитых и востребованных произведений великого русского режиссера, знаменитого актера, педагога и театрального деятеля К.С.Станиславского «Работа актера над собой. Дневник ученика». Этот труд на протяжении многих десятилетий является настольной книгой любого актера и режиссера. Его по праву называют одним из самых знаменитых «учебников» по актерскому мастерству. В этой книге последовательно изложено содержание системы К.С.Станиславского, которая и сегодня лежит в основе практического обучения актеров и режиссеров на профилирующем курсе, так и называемом «мастерство актера» или «мастерство режиссера». Упражнения и этюды из этой книги используются при обучении на актерских и режиссерских курсах. «Работа актера над собой» — это, в первую очередь, труд о мастерстве актера. Говоря современным языком, эта книга — классический актерский тренинг, дающий знания, без которых думающий о своем искусстве, актер не может считать себя настоящим актером. В этой книге представлена первая часть произведения.

Константин Сергеевич Станиславский

Публицистика / Культурология / Театр / Образование и наука / Документальное
Александр Абдулов. Необыкновенное чудо
Александр Абдулов. Необыкновенное чудо

Александр Абдулов – романтик, красавец, любимец миллионов женщин. Его трогательные роли в мелодрамах будоражили сердца. По нему вздыхали поклонницы, им любовались, как шедевром природы. Он остался в памяти благодарных зрителей как чуткий, нежный, влюбчивый юноша, способный, между тем к сильным и смелым поступкам.Его первая жена – первая советская красавица, нежная и милая «Констанция», Ирина Алферова. Звездная пара была едва ли не эталоном человеческой красоты и гармонии. А между тем Абдулов с блеском сыграл и множество драматических ролей, и за кулисами жизнь его была насыщена горькими драмами, разлуками и изменами. Он вынес все и до последнего дня остался верен своему имиджу, остался неподражаемо красивым, овеянным ореолом светлой и немного наивной романтики…

Сергей Александрович Соловьёв

Биографии и Мемуары / Публицистика / Кино / Театр / Прочее / Документальное