Читаем Вопреки мечте полностью

Но я прогнала эти непрошенные мысли, и уже в следующую секунду все мое внимание переключилась на предстоящее сражение. Все мои инстинкты воина разом обострились, и весь окружающий мир отошел на второй план. Сейчас все мое внимание занимали только двенадцать драконов, которые окружили меня, они больше не расценивались мной как товарищи и друзья, в настоящее время они моими противниками.

Один удар сердца и начался бой. Меня одновременно атаковали со всех сторон, и защищаться я могла только кистенем. Но глуп тот, кто считает кистень бесполезным предметом против стальных мечей. Это далеко не так. Им можно не только обезоружить противника, но и нанести ему неслабые повреждения. В умелых руках он становится самым настоящим оружием, причем смертельным. Фехтованию кистенем меня обучал отец с раннего детства, и даже Уолтер не владел этой техникой боя. Это был только наш с отцом стиль, и я еще не встречала ни одного дракона, фехтующего этим оружием.

В ту же секунду как на меня напали, я безостановочно стала описывать вокруг себя полусферу, направляя кистень круговыми движениями справа налево, а затем восьмерками. Все это происходило на такой бешенной скорости, что подобраться ко мне, не получив при этом перелом руки, было невозможно. Самым сложным в этой технике было то, что резко останавливать кистень во время движения было нельзя, иначе боевая часть оружия ударит по пальцам и скорей всего оставит своего хозяина без таковых.

Дальше все происходило очень быстро. Под такты музыки (и пусть только попробует кто-то сказать, что мы плохо репетировали движения!), один за одним, я выбивала у ребят оружие, нанося им удары по касательной боевой частью кистеня — многогранником. Я настолько хорошо владела этой техникой, что легко меняла угол атаки, прямо во время удара, в результате нанося своим противникам серьезные повреждения.

За считанные минуты я раскидала всех. Остался только Алекс. Самый сильные, и самый упертый. Он, как и я, не привык сдаваться, и всегда сражался до последнего. Вот и сейчас он описывал вокруг меня круги, высматривая, где у меня наиболее уязвимое место, и выжидая время, когда я дам маху, и можно будет напасть.

Музыка подходила к своей кульминации, а, значит, и мне не стоит тянуть. Мое выступление должно закончиться вместе с последними тактами музыкальной композиции. Я специально стала крутить рукоятку немного слабее, чтобы Алекс заметил проплешину в моей защите и пошел в атаку.

Моя уловка сработала, он кинулся на меня, а я нанесла резкий удар кистенем навстречу его мечу. Цепь по инерции обмоталась вокруг лезвия, и я резко дернула рукоять на себя, выводя друга из равновесия, и вырывая у него меч.

Оружие со звоном упало на сцену одновременно с последними аккордами музыки. Тяжело вздохнув, обезоруженный Алекс приклонил колено, принимая поражение.

Повисла оглушительная тишина, нарушаемая только моим прерывистым дыханием, и возней моих друзей, которые поднимались на ноги, оправляясь от полученных травм. Я окинула их взглядом и с облегчением убедилась, что никто серьезно не ранен, а от нескольких переломов еще ни один дракон не умер, тем более бывший гвардеец передового армейского отряда. У нас такие травмы случались практически на каждой тренировке, а зачастую и намного серьезнее. Драконья регенерация справится со всеми повреждениями максимум за полчаса.

Стоило мне удостовериться, что никому из моих товарищей не требуется помощь целителя, как тишину нарушил взрыв аплодисментов и одобрительных возгласов.

Поднялся самый настоящий гвалт, в котором, из-за царящего шума, можно было разобрать только мое имя. Я поймала на себе одобрительный взгляд отца, который показал класс, и подмигнул. На душе сразу потеплело, отец был именно тем драконом, одобрение которого очень много для меня значило. Если ему понравилось мое выступление, значит, я и правда многого достигла, и не зря столько времени убивала на изматывающие тренировки.

— Принцесса Арабелла, это было невероятно! — воскликнул Аллен, перекрикивая всеобщий шум.

Все члены судейской комиссии аплодировали мне стоя. Даже Адриан восторженно смотрел на меня, как будто увидел впервые в жизни. Поймав мой взгляд, кронпринц улыбнулся, но не так как всегда с усмешкой и издевкой, а по-доброму. Одна его улыбка, и мое сердце затрепетало. Это было непрошенное чувство, но я ничего не могла с ним сделать.

На секунду я почувствовала себя пятнадцатилетней девочкой, которая слепо любила этого дракона, и одна его улыбка, один его взгляд делали эту девочку самой счастливой на свете. Чтобы прогнать это наваждение, я поспешно отвернулась. Той девочки больше нет, и уже никогда не будет.