Читаем Волшебница крёстная полностью

— А что такое — фунт?

— Ш-ш, мой хороший.

(голос миссис Эскобар стал воркующим, персиковым, бархатисто-нежным)

— Почему ты всё время говоришь «ш-ш-ш»?! — закричал Малыш. Он так рассердился, что стиснул кулачки и принялся колотить мать.

Поведение Малыша было таким неделикатным, что миссис Эскобар вынуждена была принять меры. Она нахмурилась и приложила палец к губам.

(в голосе миссис Эскобар послышалось плесканье волн)

(какой весёлый, какой изысканно-нежный брачный танец!)

(последние слова миссис Эскобар произнесла медленно-медленно, и её рука плавно, словно усталая птица, опустилась на колено)

Ах, если бы кто-нибудь мог услышать эти слова! В них было всё: межзвёздные пространства и таинственный ход планет, серенада Дон-Жуана и балкон Джульетты. Если бы… Но слов этих — увы! — не услышал никто. Вопль, который испустил Малыш, был таким пронзительным, что совершенно их заглушил.

— Я считаю, что ты должна серьёзно поговорить с Рут, — сказала миссис Эскобар, когда они со Сьюзен возвращались домой. — Она неправильно воспитывает Малыша. Ребёнок избалован.

Обвинение было высказано в довольно завуалированной форме, но Сьюзен немедленно бросилась извиняться за самое, с её точки зрения, очевидное преступление Малыша.

— Да, конечно, — сказала она. — Но в этом стихотворении правда много непонятных слов. Миссис Эскобар нахмурилась. Её слишком хорошо поняли.

— Стихотворение? — удивлённо повторила она. — О чём ты? Нет, нет, я совсем не об этом. Напротив, он так мило и внимательно слушал, когда я читала. Неужели ты не заметила? Сьюзен виновато покраснела:

— Мне показалось, что он много перебивал. Миссис Эскобар снисходительно засмеялась:

— Но это же совершенно естественно для такого малыша. Нет, нет, я говорю о его поведении в целом. Например, за чаем… Тебе необходимо поговорить с Рут. Сьюзен пообещала, что обязательно поговорит.

Миссис Эскобар перевела разговор на другую тему. Помнит ли Сьюзен, что вечером к ним должен прийти Сидни Фэлл? Удивительно милый молодой человек. Он совершенно очаровал миссис Эскобар. Какой у него красивый рот — тонко очерченный, нежный и вместе с тем чувственный и волевой. И потом, в нём столько остроумия, столько истинно мужского обаяния. Несчастная Сьюзен удручённо молчала.

— Нет, право же, — продолжала настаивать миссис Эскобар, — согласись, что он — прелесть!

— Я его ненавижу! — выпалила Сьюзен и разрыдалась.

— Ненавидишь? — удивилась миссис Эскобар. — Но почему же? Почему? Надеюсь, ты не ревнуешь, — прибавила она со смехом. Сьюзен отрицательно помотала головой.

— Нет, нет, я вижу, — настаивала миссис Эскобар, — ты ревнуешь.

Сьюзен продолжала упрямо мотать головой. Но миссис Эскобар чувствовала, что она отмщена.

— Ах ты, моя глупышка, — сказала миссис Эскобар голосом, в котором слышалась безграничная нежность. Она обняла девушку за плечи, привлекла к себе и стала нежно целовать её мокрое лицо. Сьюзен снова почувствовала себя счастливой.