Читаем Волосы Ангела полностью

Черные силуэты домов, напоминающие холодные кладбищенские склепы, остались где-то позади. Миновав замершего над колодезным срубом гигантского «журавля», путники оказались у калитки владений Амелина. Павел Петрович посмотрел на Артема и повторил жест, которым призывал присутствующих соблюдать тишину у костра. Буквально мгновенье спустя из глубины двора послышались какие-то звуки: бряцанье цепи, тихое повизгивание и приближающееся шуршание сцепки собачьей привязи по натянутой металлической проволоке. Амелин пустил в ход своего «жука». В конусе луча тут же проявились хищно горящие глаза, а затем показалась и сама собака. Огромное лохматое чудовище, покорно пригнув морду к земле, бесшумно приблизилось к калитке.

– Молодец, молодец. Узнал, чертенок, – произнес Икар, одобрительно теребя собаку по загривку и тут же, подхватив рукой за нижнюю челюсть, посветил фонариком в ее открытый зев. – А это что такое?! – в недоумении воскликнул он.

К своему ужасу, в тусклом свете «жука» Артем отчетливо увидел испачканную кровью пасть…

– Завтра. Верней, уже сегодня. Как только выберемся в город, скажу Ковтуну все, что о нем думаю. Еще перед поездкой хотела. Хватит. Надо ставить точку. Один фиг, ни во что серьезное наш беспонтовый роман не выльется, – нервно произнесла Анжела.

– А как же твои слова: парень, самец, ухаживает?

– Таких парней… как собак нерезаных. Надо же было додуматься завезти черт знает куда, бросить одних на пляже, чтобы втихаря травы накуриться. Да еще и потеряться среди трех берез. Мозги, спрашиваю, где?

– С чего ты взяла, что он траву курил?

– Не он, а они. Ты будто не видела, с какими глазищами твой Кульков заявился.

– А что не так у него с глазами?

– Ничего особенного. Просто красные, как день седьмого ноября. Не от сварки же они у него такие. И чай весь выдул.

– Это еще ни о чем не говорит… Жарко сегодня… А воды у нас полно.

– Брось. Сто пудов, обкурились в хлам и машину под кайфом разбили. Надоело вранье. Понимаешь? А насчет воды… сейчас посмотрим. – Анжела поставила канистру на бревно и, щуря глаза, прочла: – Дезинфицирующее средство. «Антисептин». Для наружного употребления. Спирт девяносто пять процентов. Даже этикетку не оторвал. Алкаш из бакалеи. Пить будешь?

– Почему спрашиваешь?

– Я лично не уверена, что канистра была чистой, когда в нее воду наливали. Не помнишь, по химии в школе, какой спирт пить нельзя, этиловый или метиловый? Какой из них яд?

– Слушай. Я вообще ничего про это не помню. Давай лучше дождемся кого-нибудь. А то и вправду, напьемся отравы. В лучшем случае ослепнем. – Юля посмотрела на Анжелу. – Так говорят… Желька, а сюда, по-моему, кто-то едет. Смотри-ка!

На пригорке, пробиваясь сквозь чащу леса, забрезжил яркий свет. То исчезая, то появляясь вновь, белыми всполохами он метался среди деревьев, пока наконец не вырвался на открытое пространство, ударив по темноте двумя мощными лучами.

– Ура! – тихонько вскрикнула Анжела и захлопала в ладоши. – Мы спасены!

– Давай позвоним Темке.

– Подожди немного. Может, это они и едут…

– Фу! – прикрикнул на взвизгнувшего пса Амелин. – Морда! – Болдэф обиженно отошел в сторону, покосился на хозяина, затем развернулся и неторопливо скрылся в темноте. – Пошли, посмотрим, – потянул за собой Кулькова Икар.

Парень, словно парализованный, с огромным трудом заставил себя сдвинуться с места. Держась позади Амелина и осторожно выглядывая из-за его субтильной спины, Артем с недоверием проследовал за огромной собакой, в свете луны похожей на косматую, смердящую едким запахом прелой шерсти скирду. Свернув за будку, Болдэф остановился, опустил морду и, громко шлепая языком, принялся что-то лакать.

– Там человек! – в ужасе закричал Кульков, указывая пальцем на два белых пятна возле конуры.

– Где?

– Там, – от страха у Артема перекосило рот. Кроме слова «там» больше ничего сказать не получалось. И, тыкая пальцем, он еще несколько раз испуганно повторил: – Там, там…

У дровяника, в том месте, где стоял Болдэф, четко выделяясь на темном фоне земли, показались чьи-то ноги, обутые в белые кроссовки. Фонарь в руке Амелина тут же взвизгнул, высветив во мраке мужчину, неподвижно лежащего возле будки.

– Отойди! – отпихнул он коленом собаку. – Пошел вон, я сказал! Это твой друг?!

– …

– Это твой друг?! Я спрашиваю! – Луч «жука» оторвался от земли и больно ударил по глазам, ослепив Артема.

– Нет. Я его не знаю. Я не знаю, кто это, – щурясь от яркого света, наконец выдавил из себя Кульков.

– Тема, подойди, пожалуйста, сюда! – позвал его Икар. Но парень даже не пошевелился, испугано наблюдая за тем, с каким удовольствием Болдэф облизывает свою чудовищную пасть. – Да не бойся ты! Не тронет.

Наконец, решившись, Артем приблизился.

– Что делать-то? – еле слышно спросил он

– Прежде всего успокоиться… Надо отнести его в баню.  – Жужжание фонаря прекратилось, и двор вновь погрузился во мрак.

– В баню? Зачем? – подхватывая ноги незнакомца, переспросил Артем.

– Не оставлять же его здесь. Болдэф в два счета обглодает. А в хате он мне все кровью зальет.

– Павел Петрович, возможно, ему помощь нужна?