Читаем Вольному - воля полностью

И вперил в нее тяжелый гипнотизирующий взгляд...

Техникой гипноза он владел едва-едва: отец учил его способам психического воздействия на противника. Но Венера, как он понял, обладала повышенной восприимчивостью к внушению извне. Поэтому достаточно было убедить ее, что сила его беспредельна.

Он смотрел на нее довольно долго, и все это время она стояла соляным столбом, завороженно смотрела на него.

– Больше ты не будешь пить. А если будешь, то умрешь страшной смертью – в долгих и ужасных мучениях. Сначала изнутри тебя будут жалить змеи, затем в твоем животе заведутся крысы – будут пожирать твои внутренности, под кожей тебя будут кусать черви...

Он пристально, не мигая, смотрел на нее и говорил, говорил. Венера боялась даже пошелохнуться.

– Но ты не будешь пить. И не умрешь...

Для убедительности он сделал несколько пассов руками, вроде как закрепляя вложенный в нее код. И авторитетно заключил:

– Теперь все.

– Ты что наделал? – словно очнувшись от забытья, ошеломленно спросила она.

– Я же говорил, что твой муж заботится о тебе. Он знает, что ты злоупотребляешь, он хочет, чтобы ты его дождалась...

– Во-первых, он мне не муж. А во-вторых, я очень хочу выпить... Нет, я, во-первых, хочу выпить!!!

– А то, что Ролан – бывший муж, так это во-вторых?

– Не важно, во-вторых или в-третьих. Я! Хочу! Выпить!..

– Пей, – равнодушно пожал плечами Дима.

– И что будет? – настороженно спросила она.

– Ничего.

– Так, значит, ты мне наврал? – облегченно вздохнула она.

– Пей, если хочешь.

– Хочу!..

Трясущимися руками она вылила в стакан остатки коньяка. Но прежде, чем поднести его к губам, опасливо покосилась на Диму.

– Точно ничего не будет?

– Ничего, – кивнул он. – Сначала адская боль, а потом абсолютно ничего – только вечный холод и пустота...

– Твою мать!

Сначала она выплеснула ему в лицо содержимое стакана, и только затем пожалела – и о том, что его оскорбила, но прежде всего о том, что перевела драгоценную влагу.

– Могу дать совет, – на полном серьезе сказал Дима. – Можешь принять наркотик, чем больше, тем лучше.

– Зачем?

– Для обезболивания. Наркотик снимет боль, которую ты будешь испытывать, умирая...

– Но я все равно умру?

– Вне всякого сомнения.

– Но я не хочу умирать!

– Тогда не пей.

– А если просто один наркотик, без водки?

– Больно не будет. Но умрешь однозначно.

– Какая же ты сволочь!

– Да, не зря говорят, не делай людям добра, не получишь зла...

– Не причиняй людям добра! – поправила его Венера.

– Я должен был это сделать, понимаешь? Ролан очень просил...

– А о чем он еще тебя просил? Утешить меня не просил?

– Если в постели, то нет. Строго-настрого предупредил меня, если вдруг что, из-под земли меня достанет. А он крутой, и если слово дал, то это железно. Да я и сам слово дал. У меня с этим также строго...

– И какого черта ты здесь? Выпить не дал. И в постель не тащишь!

– А надо?

– Надо! Пить нельзя, так хоть потешиться!

– Со мной нельзя... И с другими не советую.

– Еще скажи, что и от этого меня закодировал!

– Нет, от супружеской неверности кодов у меня нет. Это приворот или отворот делать надо, а я не умею... Сама себя закодируй...

– А думаешь, я умею?

– Научись. Если жить хочешь... Я тебе не говорил, что Ролан самые серьезные виды на тебя имеет. По секрету тебе скажу, он может лет через шесть освободиться, если работать хорошо будет. А мы в паре с ним работали, с этим у него все хоккей. Так что через шесть лет откинется, в смысле выйдет. К тебе пойдет. А оно ему нужно с шлюхой жить?

– Кто шлюха?! – взвилась Венера.

– Ты шлюха, – спокойно, без нажима ответил Дима.

– Да, я шлюха, – немного подумав, согласилась она.

– Ты Ролану такая не нужна. А он через шесть лет выйдет...

– Шесть лет – это немного... А точно, ко мне вернется?

– По-любому. Если у тебя все в порядке будет, с тобой жить будет. А если гулять будешь, он тебя застрелит... Или зарежет. Или задушит. Или утопит. Или под машину бросит. Или с десятого этажа скинет. Или...

– Хватит! – психанула она.

Схватилась за сигарету. Сначала зажгла ее, затянулась, и только потом спохватилась.

– А курить-то можно?

– Курить можно... Но если хочешь, я тебя и от этого закодирую.

– Не надо! – шарахнулась она в сторону.

– Тогда кури...

– Не может Ролан меня убить, – с сомнением в голосе сказала она.

– Он все может, если захочет.

– В прошлый раз он знал, что я с другими была. И ничего...

– Это он тебя простил. По первому разу. А по второму пощады не будет.

– Да, он такой... Его лучше не злить... А как с Авророй, он ее простит?

– При чем здесь Аврора?

– Ну, она ж его предала...

– Да, он говорил... И ей не поздоровится...

Дима нарочно нагнетал жути, чтобы Венера не расслаблялась.

– Он что, говорил про нее?

– Да, сказал, что предала его. Сказал, что мстить будет, когда вернется, – соврал он.

– Кошмар.

– Ты о себе думай, а она сама пусть за себя все решает. Может, посылку ему в зону отправит. Лучше, чтобы раз в месяц, а то и в неделю. Может, простит ее...

– Может, и простит... Я выпить хочу!

Венера умоляюще смотрела на него. Так оголодавший ребенок глядит на мать, ожидая от нее куска хлеба.

– Ничем не могу помочь, – жестко отрезал Дима.