Читаем Волкодав Сталина полностью

Об этой книге много писали на Западе и в нашей стране. Ее охотно цитировали и на нее ссылались многочисленные «историки» и журналисты. Одиночные негативные комментарии специалистов и официальных представителей пресс-бюро Службы внешней разведки воспринимались многими как неуклюжие попытки защитить «честь мундира». Хотя критика «Нежелательного свидетеля» была объективной. Создателями книги, умышленно или случайно, был допущен ряд исторических ошибок. Другой недостаток книги — Павел Анатольевич Судоплатов рассказал не обо всем, что знал. Например, о минировании Москвы осенью 1941 года. Нельзя не отметить и попытки преувеличить свою роль в отдельных операциях советских спецслужб. Достаточно вспомнить его «руководство» всеми операциями отечественных спецслужб в сфере охоты за иностранными атомными секретами. В реальности Отдел «С» НКВД-НКГБ СССР занимался только обработкой (переводом на русский язык, систематизацией и хранением) добытой внешней разведкой информации. Единственная попытка провести разведывательную операцию в Дании закончилась, мягко говоря, неудачей для Отдела «С». Хотя прямой вины Павла Анатольевича Судоплатова в этом нет. Не он подбирал кандидатов для поездки.

Однако, еще раз оговоримся, вероятнее всего, все эти «перекосы» книги «Нежелательный свидетель» можно отнести к желанию американских соавторов вызвать сенсацию, увеличить тираж и, соответственно, гонорары.

Другие книги Павла Анатольевича Судоплатова («Разные дни тайной войны и дипломатии. 1941 год»[319]; «Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930–1950 годы»[320] и «Победа в тайной войне. 1941–1945 годы»[321]) были опубликованы уже после его смерти. Сейчас невозможно сказать, как бы отнеся ко всему написанному в них сам Павел Анатольевич Судоплатов. Ведь не читал он этих книг-воспоминаний!

Эпилогом к жизнеописанию Павла Анатольевича Судоплатова могут служить слова известного отечественного писателя и историка Кирилла Теодоровича Гладкова, посвященные одному из подчиненных главного героя нашей книги — легендарному советскому разведчику Николаю Ивановичу Кузнецову. Им обоим регулярно приходилось совершать поступки, осуждаемые современным обществом. Например, подло убивать «из-за угла», а не в честном поединке на фронте. И неважно, был ли убийца в мундире немецкого офицера или под «личиной» украинского националиста.