Читаем Волки Кальи полностью

Во время перерыва на ленч Каллагэн и остальные сидят в тени навеса разгрузочной платформы. Вроде бы никого из этих людей он не видел в кузове «Интернейшнл-харвестер», но полной уверенности у него нет: вчера он слишком много выпил. Одно знает наверняка: как зачастую и бывало, он — единственный белый. Все они едят enchaladas[49], купленные в «Безумной Мэри», забегаловке на другой стороне улицы. Из старого, запыленного транзисторного приемника, стоящего на груде ящиков, звучит танго. Двое молодых парней танцуют, остальные, и Каллагэн в их числе, перестали есть и хлопают.

Молодая женщина в юбке и блузке выходит из магазина, неодобрительно смотрит на танцующих молодых парней, потом на Каллагэна.

— Ты — англи, так?

— Англи, — подтверждает Каллагэн.

— Тогда, возможно, тебя это заинтересует. Остальных — точно нет. — Она протягивает ему газету «Сакраменто би», вновь смотрит на танцующих мексиканцев. — Стручки фасолевые. — Подтекст ясен: лучше б их тут не было.

У Каллагэна возникает мысль подняться и пнуть ее в тощий, не танцующий зад, но уже полдень, слишком поздно искать новую работу, коли лишится этой. И даже если он не угодит в каталажку за этот пинок, заплатить-то ему точно не заплатят. Он ограничивается тем, что показывает ее удаляющейся спине палец, под смех и аплодисменты грузчиков. Молодая женщина поворачивается, подозрительно оглядывает их, скрывается за дверью. Все еще улыбаясь, Каллагэн раскрывает газету. Улыбка не сходит с его лица, пока он не добирается до раздела «НОВОСТИ СТРАНЫ». Между сходом с рельс поезда в Вермонте и ограблением банка в Миссисипи он находит следующее: