Читаем Волк 3: Лихие 90-е полностью

Забор на большей части территории – стандартные железобетонные плиты ПО-2, которыми огораживали военные части и прочие места, в которые был закрыт вход. Наше депо огораживалось от города именно таким забором. Состояние что здесь, что там – аховое, и вскоре мы с Женей нашли большую дыру, через которую можно пролезть.

Я зацепился за края дыры, приподнялся. За забором кто-то натаскал бетонных блоков, чтобы было удобнее выбираться оттуда. Видели их ещё в прошлый раз, пометили себе, что надо убирать. Но пока воспользуемся. Подал Жене руку, затащил его и сам чуть не потерял равновесие.

– Ну-ка не падать, Волк! – он меня удержал от падения. – Там же крапива.

– Вижу, – я посмотрел на огромные кусты в человеческий рост. – Повезло.

Повезло, не упал. Спрыгнули с плит, отряхнулись, оглядели территорию. Где они всё это хранят? Долго искать не пришлось. Дождь ещё не начался, но вот-вот пойдёт, так что внутри сторож решил не уничтожать следы. Они вели к гаражу, который должен пустовать, но у которого были вполне себе хорошие ворота с замком. Причём свежим, этого замка не было в прошлый раз, поставили недавно.

Правда, у самого гаража было окно без решётки, давно выбитое. Маленькое и под самой крышей, но Женя, более тонкий и гибкий, чем я, туда легко пролез, когда я его подсадил.

Он забрался внутрь и сматерился. Что-то там громыхнуло.

– Решётку тут ставить будут, поставили в проходе. А вот, Волк, глянь-ка.

Я уцепился за край окна, приподнялся и посмотрел. Света мало, но всё равно видно, что груз доставили сюда, видно все эти ящики. И этих ящиков тут дофига. Грузовик приезжал сюда не один раз.

Женя открыл ближайший ко мне ящик и достал калаш, АКС-74 со складным прикладом. В ящике осталось ещё четыре штуки. Ещё здесь стояли цинки с боеприпасами и ящики поменьше, с пистолетами и гранатами.

– Понял, – я достал Кирюхин фотоаппарат. – Женя, запечатли на память.

Фотик щёлкнул, Женя закрыл ящик и начал выбираться, зацепившись за края окна. Я его потащил на себя. Когда выбрались, на землю у него из кармана выпало что-то тяжёлое в промасленной тряпке. Тряпочка чуть распуталась, показывая коричневую рукоятку ПМ.

– Женя, – укоризненно сказал я.

– Ну мало ли, вдруг пригодится, – он замер, а через секунду яростно прошептал: – Вот дрянь! Прячься!

Мы нырнули в заросли полыни, Женя ткнул меня локтем и показал жестом, чтобы я молчал. Теперь и я услышал неторопливые шаги. К воротам гаража подошёл человек, который сторожем точно не было. Рыжий, гладковыбритый, но его лицо я полностью не видел. Одет, как браток, в спортивные штаны и кожаную куртку, вооружён калашом, который висел на плече. Незнакомец проверил замок, обошёл гараж, глянул на окно, но ничего не заметил. Потом ушёл, пройдя от нас всего в паре метров. На земле остался платок Жени, но человек его проглядел.

Вернулись тем же путём, пошли к машине. Рядом с джипом уже столпилась детвора, которая пыталась заглянуть внутрь салона через тонированные стёкла.

– Ну-ка валите отсюда, мелочь сопливая! – прикрикнул Женя. – Кому я сказал?! Сдриснули, пока ноги не поотрывал!

Дети со смехом разбежались, будто чувствуя, что Женя их и пальцем не тронет, только грозится. Мы забрались внутрь и наконец-то выдохнули. Женя спрятал ствол и патроны в тайник под сидением, где лежало его ружьё.

– Если что, это всё моё, – сказал он. – Что делать будем, Волк?

Он замолчал, ожидая, когда я подумаю.

Я положил руки на руль и сел в кресле поудобнее. Большой груз оружия, и это точно не уровень местного авторитета Метлы. Столько стволов многовато даже для сильных банд Крюкова и Гоши.

Партия оружия, для хранения и передачи которой они используют территорию остановленного комбината, где находится только сторож. Значит, новозаводская братва про это знать не должна, как и менты. Не сможет же участковый тут помешать. А эти дельцы прикрылись нами, будто это охрана комбината приехала делать свои дела.

Какие-то дела обстряпывает новое руководство? Ну не, это уже перебор. Продают в Чечню? До тех краёв далековато, конечно, но кого это останавливало? Увезут по ночи до станции, загрузят в вагон, опломбируют, увезут в те края, а там всё живо распотрошат. Или, отчего мне стало немного не по себе – что-то планируют устроить у нас.

Возможно, схема с оружием отработанная, а такая большая партия – потому что поняли, что вскоре это место нельзя будет использовать. Не знаю, гадать не хочу.

Что сильно меня беспокоило – крайними будем мы, если всё вскроется, даже если сообщим прямо сейчас. У милиции будут много вопросов к охране, а у тех, кто купил – лично к тому, кто всё это обнаружил и сдал их. Нужно как-то выйти из положения. А заодно – отвадить тех, кто и в будущем полезет проворачивать такие сделки на нашей земле. Пусть сразу привыкают, что эта территория под охраной. И что тот, кто сунется, огребёт проблем по самое не хочу.

Но в конце концов, это же не только мои проблемы и у нас общее дело. Я достал телефон и проверил заряд. Хорошо, что зарядил утром. Связь показывала две антенны.