Читаем Волчий капкан полностью

В желтом свете уличного фонаря черные глаза Пырвана странно поблескивали. Волосы его торчали во все стороны, а по мускулистой шее стекали струйки пота.

– Товарищ полковник, товарищ полковник, он не Петр Чамурлийский! Наконец-то попался на удочку… извините, никак не могу в себя прийти. Все раскрыто! Я тут чуть не растаял, поджидая вас.

– Погоди, погоди, успокойся! Так я ничего не могу понять.

Старший лейтенант попытался взять себя в руки, однако побороть волнение ему было явно нелегко.

– Просто не знаю, с чего начать. А вам удалось добиться каких-нибудь результатов в Перуштице? Впрочем, сейчас это неважно. Так вот, он-таки попался. И помог нам в этом Страшимир Максимов, отец Сони.

– Максимов?!

– Да, товарищ полковник. Он оказался очень полезным. Вы помните ту серебряную цепочку, которую сын Максимова продал в комиссионку за двадцать левов? Так вот, она нашлась… Ну, не то чтобы нашлась, просто я… Я подсунул Чамурлийскому другую цепочку, и он… В общем, Максимов преподнес ее ему в подарок на именины, а Чамурлийский ее принял и ни словом не обмолвился, что означает, что он – это совсем не он… понимаете?

– Нет, – признался я, хотя постепенно кое-что у меня в голове стало проясняться. – Рассказывай по порядку. При чем здесь серебряная цепочка?

– Именно она наконец-то помогла найти разгадку, товарищ полковник! Удивительно, как мы раньше не догадались. Все оказалось так просто!.. Короче, просыпаюсь я сегодня утром, а в голове у меня вертится какая-то навязчивая мысль, то будто пропадет, то вновь появится. Ужасное чувство! Постепенно эта расплывчатая мысль стала приобретать более ясные очертания, и воображение вдруг нарисовало мне серебристый клубок с зелеными глазками в центре, который потом вдруг превратился в тонкую змейку. Не знаю, как возникают идеи у писателей, с ними мне говорить не приходилось, но если мне вдруг скажут, что происходит это именно так, я нисколько не удивлюсь. А змейка между тем перестала извиваться и обвилась вокруг ветки. Рот ее раскрылся, она ухватилась им за колечко часов, и зеленые ее глазки застыли. Перед глазами у меня будто настоящая возникла серебряная цепочка – именно тогда мне вдруг стало ясно, что я должен сделать. Я будто прочел написанные крупными буквами инструкции – как в букваре. Вскочил с постели и бегом в ванную. Сунул голову под холодный душ, хотя нужды в этом и не было. Честное слово, вдруг все стало яснее ясного.

"Серебряная цепочка от часов, которые подарил Петру его отец, исчезла – она попала в комиссионный магазин и один бог знает, где она сейчас находится. Отец Сони, Страшимир Максимов, стыдится сказать правду и говорит, что сам ее куда-то запрятал и что она найдется. Так что вопрос с цепочкой остается открытым… Вещица же эта очень оригинальная, если увидишь ее однажды, больше ни с какой другой не спутаешь. Тем более не мог бы спутать ее Петр, который долгие годы с ней не расставался… Страшимир Максимов должен передать Чамурлийскому подобную цепочку, не говоря ему, что она не настоящая. Если Чамурлийский примет подарок, не выразив при этом удивления, если не воскликнет, что это не та цепочка, значит, он – самозванец. Разумеется, Страшимир Максимов в любом случае обязан сохранить самообладание, ничем себя не выдать. Во-первых, он должен согласиться участвовать в этом своеобразном розыгрыше, должен дать слово, что ни один мускул не дрогнет на его лице, особенно если Чамурлийский возьмет цепочку со словами благодарности и обрадуется ей: "Та самая! Огромное спасибо!" Для Максимова это едва ли будет сложной задачей – ведь он работал в милиции и наверняка попадал в куда более сложные ситуации, требующие железной выдержки. Остается только подобрать несколько серебряных цепочек, выбрать из них ту, что больше всего подходит к знаменитым часам, убедить Максимова пойти на именины к сыну своего лучшего приятеля и ждать результата".