Читаем Волчий капкан полностью

Ладно, буду осторожен, но действовать-то надо! Приказ есть приказ – каким бы он ни был неприятным. Ну, с кого начать? Ткнуть наугад в первого попавшегося (вот счастливчик!) и… вперед! Нет, так не пойдет, это не лотерея. Хорошенькую свинью мне подложил генерал! Бридж, говоришь? Сам виноват – не взял вовремя отпуск за прошлый год! Взял бы отпуск, глядишь, и кто-нибудь другой вытянул бы этот билет, другой бы сейчас рвал на себе волосы и скулил. А теперь все – взялся за гуж… Генерал будет погонять, а ты – пыхтеть. Ничего не скажешь – хорошенькое дельце, особенно если учесть, что для промышленного шпионажа подбирают людей, доказавших не только свои умственные и профессиональные возможности, но и обладающих железной волей. Таким и годы нипочем, и в чужом окружении они себя чувствуют, как рыба в воде. Такие агенты не бросаются вперед очертя голову, как случается иногда с их военными или идеологическими собратьями, они не впадают в панику, умеют выжидать, а услуги их оплачиваются более чем щедро – ведь все это люди, которые по роду службы получают много и не продаются за гроши, как разные пройдохи, ошивающиеся в барах и притонах. Да, подвел меня генерал под монастырь! С кого же начать и как?

И представьте себе – именно в этот момент появляется Пырван. Пришел жаловаться, что умирает со скуки, что все в Управлении смотрят на него снисходительно, что ему, в конце концов, надоело быть пешкой и, если и дальше так пойдет, то лучше ему взять шапку в охапку и уходить.

– Товарищ полковник, нельзя же так! Только зря зарплату получаю, – его живые темные глаза смотрели на меня в упор. Он хочет получить ответ на свой вопрос и не уйдет, пока не получит.

Может, рассказать ему про СЭВ, показать список генерала, отпечатанный на розовой бумаге, как любовное послание? Вот дело, которое требует сочетания ума, интеллигентности, терпения, такта, умения организовать материал, культуры – всего, кроме мускулов. Нет, ничего я ему не сказал бы, обладай он даже качествами моих лучших помощников – майора и капитана. Потому что я с самого начала согласился помогать борцу и студенту, а не разведчику. Да и председателю клуба я обещал щадить его. Разве за тремя зайцами угонишься? Чем скорее он это поймет, тем лучше для него. Всех трех упустишь. А то, что в Управлении упорно не хотят его замечать, это верно. Более того, большинство вообще на него смотрит косо, другие же относятся к нему как к мальчику на побегушках, считают, что борец не вспотеет, если разнесет по этажам письма и бумаги, а вот если дать ему задачу, которая требует напряжения извилин, тут ему и конец. Я его понимаю, особенно когда представляю себе, как выглядит Пырван в спортивном зале. Там он не проходит, как тень, понурив голову, не уступает дорогу, а идет молодцеватой походкой, небрежно кивая направо и налево, как и подобает чемпиону Европы, будущему чемпиону мира. Но что я могу сделать? В наших кругах синекурная должность – большая редкость, людям необходимо время, чтобы свыкнуться… И все же Пырвану не на что жаловаться. Совсем без дела я его не оставляю. И зарплату свою он получает не зря. Неужели не замечает, как много внимания я уделяю его тренировкам, не ценит внимания, с которым я отношусь к его спортивным достижениям, внушая то же самое и своим непосредственным подчиненным? За два месяца, что прошли с тех пор, как он появился у нас в Управлении, я – как это ни невероятно – стал заядлым поклонником борьбы и уже совсем свободно разговариваю с заслуженным тренером. У Златы грехи почти те же: она подружилась с "прозрачным созданием" и увлеклась художественной гимнастикой. (Росица говорит, что в ее клубе все называют мою жену "тетя Злата"). Одним словом, мы стали спортивной семьей… Нет, Пырван просто неблагодарный тип. Поделом ему будет, если я и вправду втравлю его в какую-нибудь запутанную историю, вроде этой, связанной с СЭВ. Тогда посмотрим, как он будет тренироваться каждый день, совершенствуя свой "волчий капкан"!

– Итак, товарищ старший лейтенант, – сказал я, – выслушал я тебя внимательно. Работой своей ты недоволен, скучаешь, считаешь, что твои возможности недооценивают, ты обижен и, если я правильно понял твои намеки, сравниваешь себя с некоторыми коллегами, которым я даю "настоящие поручения", а не "загадки для дошкольников"… Продолжать или хватит?

– Ничего такого я не говорил, – нахмурился Пырван. – Причем тут равенство? Я просто хотел…

– Я уже слышал, можешь не повторять. Теперь слово за мной. Скажи мне, пожалуйста, может ли человек стать борцом, спортсменом просто так, без специальной подготовки, лишь однажды ступив на ковер? Насколько я понимаю, и в борьбе недостаточно одних мускулов, силы и ловкости, нужны также мастерство и опыт. Так или не так?

Пырван ничего не ответил.

– Если твое молчание означает согласие, то вот тебе еще вопрос: что ты скажешь о такой высшей духовной деятельности, как разведка? "Высшая духовная" – это не мои слова, я цитирую одного писателя, военного, сам я с этим не могу полностью согласиться.