Я начала понимать те слова, что он сказал мне в подвале у преподобного год назад. У него тоже были на меня планы.

Я тренировалась целый день, пока не заболела рука, и в наступившей темноте я больше не могла разглядеть мишень. Пенелопа в ту ночь домой не вернулась, да я ее и не ждала. Она все чаще ходила проведать Марка и каждый раз возвращалась и рассказывала, как хорошо он работает на лесопилке, и что Джози собирается повысить ему зарплату, а он думает весной перебраться в Халвестон, где можно найти хорошую работу.

– Он предложил мне жить с ним, – сказала Пенелопа, засунув палец в прореху на джинсах. – Даже Джози сказала, что не против. Представляешь!

– Конечно, представляю, – ответила я. – Ты для них уже почти своя.

Потом я вспомнила черный круг, который нарисовал мальчик, и спросила:

– А как там малыш? Ему еще снятся кошмары?

– Джош? Да, бедняжка почти не спит.

– Джоди сказала, что он на портреты Крегара в городе насмотрелся.

– Я не хотела тебе говорить… – начала Пенелопа и вдруг замолчала.

– Что именно?

Она по-прежнему ковырялась в дырке.

– Пенелопа?

– Только не делай глупостей…

– Черт, да говори, наконец!

Я встала, и мои ботинки тяжело стукнули по полу.

– Крегар, – ответила она. – Его заметили. В миле от города.

Сердце бешено забилось, а Пенелопа продолжила:

– Двое охотников проверяли капканы и нашли костер. Они заметили человека, который быстро скрылся в лесу. С татуировками по всему лицу. Когда им показали портрет, они подтвердили, что это именно он.

Я медленно опустилась на место. Я чувствовала, что Крегар в Такете, однако не хотела верить. Всего лишь ощущение, ничего конкретного. До сегодняшнего дня. Черт, придется выполнить наш с Лайон уговор. Я смотрела на лес, на деревья, и мне хотелось сбежать, вот только в голове крутились слова Лайон: «Вместо тебя в Генезис отправится твоя прелестная белокурая подружка».

В прошлом году, когда я уходила прочь от сгоревшего дома, я бы ради капризной южной девчонки и пальцем не пошевелила. Да вешайте ее хоть два раза, если угодно!.. Теперь я посмотрела на Пенелопу, представила газетную вырезку с ее портретом, и мне захотелось протянуть руки и обнять ее.

На следующий день я пошла в Такет и отыскала то место, о котором рассказывали охотники. Нашла черное пятно сажи на земле да несколько следов, ведущих на север. Значит, он побежал на юг. Потом следы исчезали, будто кто-то их стер, как мел с доски. Охотник всегда так делал, когда охотился. Но я не собиралась идти за ним по следу, особенно теперь, в преддверии зимы. Он никогда не ходил охотиться зимой, говорил, что снег не умеет держать язык за зубами. Забирался под одеяло и спал, как жирный гризли в пещере. Значит, придется подсунуть ему приманку – его любимое угощение.

Вот только я не знала, решусь ли на такое сейчас. Год назад – пожалуйста. Пару лет назад я бы вообще задумываться не стала. Неужели человек может так измениться за короткое время? Наверное, я просто оказалась не такой дикой и бессердечной.

Вернувшись на реку Тин, я всю ночь пролежала без сна рядом с мирно сопящей Пенелопой. Мне совсем не нравился мой план; он был надежный, но люди так не поступают. Я всю ночь об этом думала, пока температура снаружи не упала, и холод не просочился в хижину сквозь стены. Он пробрался в мои внутренности и разбудил ангела и демона на моих плечах. Один говорил: «Нет!», второй: «Черт, даже не вздумай!», но даже они вдвоем не смогли меня отговорить. Не сейчас, когда от меня зависело столько жизней. К тому времени, как я все решила, выпал снег, и времени у меня совсем не осталось.

А я бриллиант, оказывается

Я ПРОСНУЛАСЬ, а вокруг все белым-бело. Снежный ковер два фута толщиной накрыл реку Тин, и мир вдруг стал тихим-тихим. Когда выпадает снег, все выглядит спокойным и отстраненным. Да и я сама стала спокойной и отстраненной. Пенелопа дрожащими руками разводила огонь в печи, а дыхание белым облачком вырывалось из ее рта. Я за всю ночь сомкнула глаза лишь пару раз, и мое тело онемело, но не от холода. Я все думала – а стоит ли оно того? Смогу ли я пойти на такой риск?

Я сидела на крыльце и смотрела, как на руку падают снежинки и тают без следа. Странно, снегу удается разительно изменить мир, поставить все с ног на голову, а потом исчезнуть, словно его и не было. Когда весной растает лед, становятся видны тела тех, кто заблудился в лесу и замерз. Их не находят месяцами, часто даже дольше. Когда одолевает усталость, они просто садятся и засыпают, а потом никогда не просыпаются. Они не знают, что лишило их жизни. Зима – она как хищник. Огромный демон, который сковывает реки, крадет пищу, превращает ночь в день и убивает стариков во сне. В прошлый раз мне удалось сбежать, спрятавшись у отравленного озера, но здесь, на севере, от демона не скрыться.

– Ты не замерзла? – спросила Пенелопа у меня из-за спины.

Я покачала головой. Мои мысли блуждали во тьме, в топях стыда, и я никак не могла из них выбраться. Да и смогу ли когда-нибудь…