Читаем Волчья стая полностью

— Чем мы и займемся после аудиенции у шефа, — взглянул на часы Лахаузен. — Нам назначено на десять. Он представит тебя Скорцени и даст некоторые рекомендации.

В десять утра, кивнув сидящему в приемной адъютанту, полковники вошли в кабинет Канариса. Помимо адмирала, там находился сидящий в кресле за приставных столом рослый человек в эсэсовской форме, с рыцарским крестом в петлице и шрамом на щеке.

— Гюнтер, — сказал адмирал после взаимных приветствий Россу. — Представляю вам героя Рейха и вашего непосредственного начальника на время операции, оберштурмбанфюрера СС Отто Скорцени.

После того, как вставший с кресла эсэсовец и Росс раскланялись и пожали друг другу руки, он пригласил всех присесть.

— Итак, Гюнтер, вы озакомились с планом операции? — вопросительно взглянул Канарис на Росса?

— В общих чертах, — ответил тот.

— И каково ваше мнение по этому поводу?

— Она задумана неплохо, но над деталями следует основательно потрудиться.

— Именно этим все ближайшие дни вам и предстоит заниматься с Эрвином и его людьми, — кивнул адмирал на Лахаузена. — А оберштурмбанфюрер берет на себя заботы по формированию ударной группы.

— Да, — многозначительно качнул головой Скорцени, — мне предстоит отобрать в вашем полку «Брандербург» надежных парней и, в первую очередь, радистов, снайперов и подрывников.

— Сколько своих людей вы намерены задействовать в операции? — поинтересовался Росс.

— Не менее полусотни, — заявил Скорцени, подрагивая носком начищенного до блеска сапога.

— И каким образом планируете доставлять их на место?

— Радистов мы сбросим с самолета в пустыне, в районе Кума, где их будут ждать наши люди. Все же остальные, во главе со мной, проникнут на территорию Ирана через границу с Турцией под видом торгового каравана, после получения шифровки от первой группы.

— А какова моя роль в операции? — спросил Росс, взглянув на Канариса.

— Вы отправитесь в Иран как дипломат, — ответил адмирал. — В нашем посольстве получите все необходимые явки и пароли, после чего организуете конспиративное размещение прибывающих групп в городе, а также определите вероятные места диверсий и способы их совершения. Итак, господа, имеются ли еще вопросы? — сжал тонкие губы адмирал.

— Да, господин адмирал, — сказал Росс, не обращая внимания на недовольную мину Скорцени. — Могу ли я использовать возможности посольства при радиообмене?

— Только в исключительном случае, — жестко ответил Канарис. — По нашим сведениям он может быть под контролем англичан. Все шифровки сюда — хлопнул он рукой по столу, должны поступать от сброшенных вам радистов.

— Слушаюсь, — наклонил голову полковник. — Больше вопросов нет.

— В таком случае, за работу. И прошу не забывать, — с пафосом произнес адмирал, — эта операция как никогда нужна Рейху! Фюрер ждет от нас победы…

Спустя неделю, на тегеранском аэродроме приземлился военно-транспортный «хейнкель», который был встречен вторым секретарем германского посольства. С трапа самолета неспешно спустился облаченный в твидовый костюм усатый человек в шляпе и пенсне на носу, с небольшим кожаным портфелем в руке. Подойдя к секретарю, он приветствовал того кивком головы и уселся на заднее сидение посольского «хорьха».

Затем в салон второго автомобиля с охраной была загружена дипломатическая почта и несколько ящиков, после чего, взревев моторами, они помчались в сторону города. Через час, попетляв по узким улицам иранской столицы, машины въехали во двор двухэтажного каменного особняка, над входом в который висел ярко красный нацистский флаг.

Росс, а это был он, вышел из автомобиля и вслед за предупредительно распахнувшим массивную дверь секретарем, вошел в здание. Здесь он был препровожден в личные апартаменты посла.

— Рад вас видеть, господин Зальц, надеюсь, долетели благополучно? — поинтересовался тот, пожимая полковнику руку.

— Да, господин посол, все хорошо, — лаконично ответил гость.

— Кофе, чай, виски? — спросил посол.

— Последнее, и если можно, со льдом, — снимая шляпу и утирая лоб платком, сказал Росс. — Очень уж у вас жарко.

— Что поделаешь, Восток, — рассмеялся посол. Затем он позвонил в стоящий на столе серебряный колокольчик и на пороге возник секретарь.

— Два виски со льдом, Макс.

Через минуту, расположившись в креслах у небольшого журнального столика, гость и хозяин с удовольствием смаковали прохладный напиток.

— Ваш военный атташе на месте? — поинтересовался Росс.

— О да, — ответил посол. — Он предупрежден о вашем прибытии.

— В таком случае не буду злоупотреблять вашим гостеприимством и прошу сопроводить меня к нему.

— Конечно-конечно, — с готовностью ответил посол и, отставив бокал, вновь позвонил в колокольчик. — Макс, — сказал он появившемуся в дверях секретарю, — проводите господина Зальца к подполковнику Лееру.

— Слушаюсь, — ответил тот и пригласил Росса следовать за собой.

Леер принял полковника с распростертыми объятиями.

— Рад! Очень рад знакомству, много наслышан о вас, — тряс он руку берлинскому гостю. — Вы ведь здесь уже бывали?

— А вы неплохо осведомлены, — хмыкнул Росс. — Бывал, но это было давно.