Читаем Волчья стая полностью

— А еще меня кобелем называет, — проворчал Ходокири. — У него самого сейчас в штанах, небось, пара самонаводящихся шаровых молний.

Мустафа поднялся и подхватил Павла за предплечье.

— Вставай, дубура.[6]

— Чего сказал? Блин, да что ты со мной как с маленьким! Я и сам могу! — Ходокири вырвался и тут же снова упал в лужу. — Гад! Ты специально это сделал?! — закричал он.

— А ну тебя. — Засоль махнул рукой и поспешил за Артемом.

Павел поднялся, отряхнулся и побежал следом, тяжело сопя и повторяя:

— Козлы…

Неизвестная рейтарша перемахнула на своем железном коне через протянувшийся на полторы сотни метров пустырь, в конце которого виднелся поросший травой и мхом холмик из мелко битого кирпича, давно уже ветрами сдобренного слоем земли, который сглаживал холм. Ни секунды не колеблясь, наездница выжала из своего мотоцикла все мыслимое, вспорхнула на вершину и, пролетев пару десятков метров, скрылась из поля зрения Артема. Шаровая молния мчалась по пятам, однако она не врезалась в холм, как можно было рассчитывать. Она летела дюймом выше его. И уже за холмом произошло что-то странное. Какое-то шипение. Вспышка и взрыв. Было похоже, что либо шаровая молния что-то поразила, либо что-то поразило ее. Как ни удивительно, с учетом силы взрыва последнее представлялось более вероятным.

Артему хватило ума податься в размытую дождем яму, когда шипение еще только нарастало. Как оказалось, он принял правильное решение: после мощного взрыва вокруг засвистели многочисленные осколки.

* * *

До третьего этажа все было чисто. Квартиры пустовали столь явно, что даже казалась фантастикой мысль о живших здесь людях. Мерещилось, будто здания были созданы лишь ради гнета запустения. Невозможно было представить расставленные по комнатам диван, журнальный столик, детскую кроватку, тумбу с телевизором и DVD-плеером. Нет. Только пустота. И квартиры превратились в обители для осенней листвы, заносимой ветрами из года в год. Еще — для паутины, стрижиных гнезд и летучих мышей, которые изрядно загадили все вокруг.

С улицы донесся грохот, Иван и Крылов переглянулись. Оба понимали, что разговаривать нельзя, уж больно хорошая слышимость. Булава понял тревогу в глазах снайпера. Крылов помнил, что во время грозы от Чертогов лучше держаться подальше. Но так уж вышло, что они оказались именно здесь и именно сейчас, когда гроза разразилась. Деваться было некуда. Следовало решить вопрос с неприятелем и уже после думать, как уходить из опасной зоны.

На подступах к четвертому этажу возникло препятствие: наскоро изготовленный «еж» из толстых веток, перехваченных в центре веревкой и обвитый колючей проволокой. Булава не спешил убирать конструкцию. Он внимательно осмотрел баррикаду, пока Крылов прикрывал его с автоматом в руках.

Иван недовольно вздохнул, хотя следовало радоваться тому, что не поддался искушению покончить с «ежом». От дальнего конца одной из веток тянулась леска, соединявшая «ежа» с примотанной к перилам и нацеленной на пришельцев сигнальной ракетой. К ее наконечнику был приделан небольшой кулек с гвоздями. Кроме них в кульке наверняка имелась взрывчатка, которая должна была нафаршировать железом любого, кто попробует убрать препятствие. Все правильно. Минировать лестницу глупо, она обрушится и отрежет пути к отступлению.

Немного подумав, Иван бесшумно спустился к Крылову.

— Принеси рюкзак и ту мину. Только не шуми, — шепнул он на ухо напарнику.

Снайпер кивнул и протянул автомат Булаве. Иван мотнул головой — не стоит, и жестом велел идти.

Крылов ответил очередным кивком и двинулся вниз по лестнице. Булава терпеливо ждал, держа наготове свой нож. Наверху послышались шорох и какое-то движение. Иван напрягся и оценил взглядом площадку: ближайшая к лестнице, ведущей наверх, квартира без двери. Еще одна, центральная, тоже с пустым проемом. А вот у дальней, которая находилась справа от того, кто мог подняться с нижнего этажа, дверь сохранилась — старая, ржавая, чуть приоткрытая. Спрятавшись в ближайшей бездверной квартире, Булава сосредоточенно слушал, не повторятся ли звуки сверху. Нет. Тишина. Зато снаружи сверкнула молния и грянул гром. Иван выскользнул обратно на площадку и приблизился к ржавой двери. Начал ждать. Следующий отсвет молнии полыхнул довольно скоро, и как только ударил гром, Иван потянул дверь на себя. Отворил. Предосторожность оказалась не лишней: петли сильно скрипели.