Читаем Волчья стая полностью

— Хреново! Эти суки сейчас весь дом в труху превратят! Какой у них боекомплект вообще?!

Полукров вопросительно уставился на Павла.

— Да хрен его разберет, — пожал тот плечами. — Несколько тысяч тридцаток на оба ствола, наверное. Не знаю я!

— Блин, а что с Тахо? — спросил вдруг Засоль.

— Он копошился в хвосте. Потом что-то взорвалось. Наверное, эти же уроды там мину поставили. Или растяжку.

— Так если он помер, то кто нам заплатит за работу? Не Соловей же! — сокрушенно воскликнул Мустафа.

— А кто такой Соловей-Жо? — поморщился Павел. — А… Черт, понял. Этот твой акцент…

— Да заткнитесь вы. Надо ребят вытаскивать, — рыкнул Полукров. — За мной. Придется машину сжечь.

* * *

Стволы большой четырехосной машины с башней, ощетинившейся двумя тридцатимиллиметровыми скорострельными пушками и пусковыми контейнерами малогабаритных зенитных ракет, на какое-то время смолкли. Капли дождя шипели на разгоряченных стволах. Ворчали в луже и упавшие гильзы, миновавшие ловушку прохудившегося гильзоулавливателя. Метрах в десяти, слева от машины, у фрагмента старой каменной стены стоял человек в серо-зеленом камуфлированном обмундировании. На плече висел «кольт коммандо». Половина лица была скрыта добротным черным респиратором с массивными фильтрами и заведенным в переговорную мембрану микрофоном рации на спиральном черном шнуре. Сама рация, довольно компактная, висела на груди во влагозащитном чехле. На голову был натянут капюшон. Человек держал двумя руками монокуляр и внимательно разглядывал здание, по которому только что вела огонь машина, стоявшая справа. Затрещала рация. В закрепленном на голове наушнике послышалась гортанная речь. Человек в респираторе что-то ответил. Это не был язык, на котором разговаривали жители местного резервата…

Монокуляр был оснащен лазерным целеуказателем. Наблюдателю показалось, что в одном из окон уже четвертого, а не пятого, как до того, этажа возникло движение. Он навел монокуляр на окно и нажал кнопку в верхней части прибора. Лазерный луч был невидим, однако на приборной панели стрелка боевой машины появилась метка. Стволы чуть опустились, и машина снова загрохотала, переправляя в окно новую порцию смерти.

Пока тридцатимиллиметровые автоматы выдавали новую барабанную дробь, наблюдатель перешел к слежке за другими окнами. Однако слева от себя он вдруг заметил куст, шевельнувшийся без всякой на то причины. Он отнял прибор от лица и повернулся, потянувшись за штурмовой винтовкой. Перед ним вырос человек в темно-синей униформе, в маске с большим панорамным стеклом и респиратором под ним. На голове сидело кепи того же цвета, что и одежда. Быстрый и точный взмах руки незнакомца, сжимавшей боевой нож, и провод рации был перерезан. Продолжив движение, лезвие ножа пересекло и мышцы на руке, тянувшейся за оружием. Последовали быстрый разворот и удар ногой в грудь. Человек отлетел к машине, подняв массу брызг в грязной луже, куда был брошен. «Панцирь С-1» стоял так, что едва ли кто-то сидевший внутри мог увидеть происходившее в десятке шагов от него. «Темно-синий» обрушился на свою жертву и, прижав холодное оружие к ее глотке, спокойно произнес на том же, не знакомом в этих краях языке:

— Где самописцы?

— Пошел ты! — прохрипел наблюдатель. — Ты даже не знаешь, кому перешел дорогу, пес!

Одним натренированным до автоматизма движением «темно-синий» вонзил нож в горло, мгновенно рассудив, что незачем терять время на допрос. Торопливо спрятав в чехол на правой штанине оружие, только что лишившее человека жизни, он выхватил из нагрудных кобур своего разгрузочного жилета два пистолета-пулемета «крисс супер».[3] Один шаг — и он у двери в боевое отделение машины. Второй — и та распахнута. Внутри мерцание приборов. Красноватое освещение и два человека. Они не успели отреагировать. «Темно-синий» не делал лишних движений и просчитывал все свои действия наперед. Доли секунд, и два скорострельных ствола, подсвеченные снизу тонкими, проступающими в дожде лучами, изрыгнули смерть.

* * *

Булава и Крылов воспользовались паузой и проворно метнулись в подъезд и вниз по лестнице. Возможно, то была ошибка и торопиться не стоило. Судя по всему, их заметили сквозь дыру небольшого подъездного окна. Загрохотали пушки «Панциря», которые били теперь в подъезд.

— Вот черт!

Иван скатился на лестничный пролет ниже, и напарник последовал за ним. Они вжались в пол и снова проклинали чертову машину под аккомпанемент обстрела и рассыпавшихся кусков бетона — фрагментов стен и лестницы, которую они только что преодолели.

— Когда же у них снаряды кончатся? — проскулил Крылов.

Обстрел продолжался еще несколько секунд и вдруг стих, зато вдали послышалось жужжание какого-то скорострельного оружия, намного меньшего калибра.

— Давай резко вниз. Небось, перезарядка, — быстро проговорил Иван, вскочил и помчался дальше вниз по лестнице, увлекая за собой снайпера.