Читаем Волчья Радуга полностью

-  Да, - Нати улыбнулась мне почти счастливо, - Это одна из лучших карт. Она символизирует трансформацию, какое-то кардинальное изменение, но приносящее только пользу. А значит, у тебя действительно есть шанс все повернуть в свою сторону.

-  Нат, у меня только один вопрос: позитивное решение для меня или все-таки для других?

-  Для тебя, - уверенно сообщила она, и я как-то сразу ей поверила.

-  А можешь мне поподробнее рассказать об этой карте? - уже спокойнее попросила я, ткнув пальцем в ангела с трубой.

-  Конечно. Раньше мои умения никого не интересовали, но если захочешь, я даже могу научить тебя использовать Таро! - Нати снова стала восторженно настроенным ребенком, даже не верилось, что всего пару минут назад она напоминала умудренную жизненным опытом женщину.

-  Хочу, но начнем мы, пожалуй, именно с Суда.

-  Как хочешь! Ну, как я и говорила Суд - это, прежде всего, трансформация…

Лоурес кай Вулф

Как и вчера разбудили меня на рассвете. А если учесть, что заснул я далеко за полночь, то чувствовал себя отвратительно. Впрочем, как еще должны себя чувствовать приговоренные к смерти? Сомневаюсь, что они горят энтузиазмом в день казни, а в том, что тянуть с исполнением приговора Ирбис не станет, я не сомневался.

Облачившись в те же одежды, что и вчера, я последовал по вчерашнему же маршруту к вратам, ведущим в Храм Солнца, только теперь меня сопровождали два раба-охранника, что так же не поднимало настроения.

Остальные номархи уже заняли, отведенные им места, а я стоял в центре получившегося круга. Казалось, ничего не изменилось со вчерашнего дня, но я почти сразу обратил внимание на то, что рядом с каждым троном, появился небольшой столик. Значит, Ирбис не шутил, когда говорил о Суде… видимо, и моя роль в этом представлении не случайна…

-  Приветствую всех собравшихся, - Император стоял прямо передо мной, поэтому мне было сложно не видеть довольное выражение на его лице, когда его взгляд скользнул по мне. Номархи ответили нестройным хором. Я просто из вредности промолчал.

-  Раз уж все уже здесь, то прошу положить печати на отведенные им места, - велел Ирбис и сам первым снял с руки браслет. Остальные последовали за ним: Скарлет небрежно бросила на стол серебряный крест, Фитрина осторожно поставила статуэтку сокола, остальных я не видел, но это не мешало воскресить в памяти образы других печатей. У золотых - это золотая серьга в виде головы быка, а у морских - крупный изумруд шарообразной формы, как жемчужина замерший в лепестках раковины.