Расслабилась, позволив волчице взять контроль над телом, но не разрешая полностью захватить разум. Неприятное покалывание и ощутимая, но не сильная боль, сопровождаемая обращением и вот мир заиграл другими красками. Зрение улучшилось, обоняние и слух обострились и мне стало так хорошо, свободно и легко, что я тут же сорвалась с места и вылетев через заднюю дверь, со всех лап бросилась в лесную чащу.

Хруст сухих веток, отдаленные и неприятные слуху выкрики ночных птиц, ритмичные и звонкие звуки, издаваемые насекомыми, тихие завывания прохладного ветра, ощущение безграничной свободы, толкающее меня вперед – вот настоящее наслаждение.

Постоянно заворачивая на север, я все дальше и дальше отдалялась от стаи, радуясь, что никого из волков рядом не наблюдается и надеясь, что свое развлечение они погонят в другую сторону, как можно дальше от меня. Волчица правда недовольно фыркает, тайно желая принять участие во всеобщем развлечении сородичей. Но, к счастью, сама не стремится присоединяться к охоте, понимая, что не получится даже подобраться к добыче, да и опасаясь агрессии со стороны других волчиц.

Даже Алина, которая относится ко мне очень хорошо, начинает нервничать и злиться, когда я рядом, пытаясь отогнать или как-то задеть. Как ни печально, но сильный в нашей стае все время указывает слабому на его место. И это уже не инстинкт, просто нам с младенчества внушают, что чистокровные сами по себе и не должны сближаться с полукровками, так что контролировать своих волков уже мало кто может. Девочек-полукровок еще не трогают, а вот парням может порой и достаться, особенно если попадут под горячую руку.

Переставляя лапы все быстрее и быстрее, не обращая внимание на хлесткие ветки и острые камни, я бежала сквозь лес, желая оставить абсолютно все позади. Плевать на Влада и его ненормально-больное отношение ко мне! Плевать на чистокровных выскочек! Плевать на запуганных полукровок! Я просто…

Нырнув в очередные кусты, я вдруг ощутила стремительный полет… вниз! Не совсем еще понимая, что произошло, я кубарем качусь с горки, больно ударяясь обо что-то спиной и лапами. Только успела испугаться, как падение закончилось и я упала на что-то колючее и крайне вонючее… Еще и сухие листья вместе с землей в пасть попали. Фе, гадость какая! Но хуже всего раздражает мой нос, резкий, неприятный запах… Волчьи ягоды!

Я тут же вскочила на лапы и все еще дезориентированная после падения с резкого спуска побрела куда-то в сторону. Главное отдалиться от волчьей ягоды, на которую у оборотней…

Мой громкий чих разрезал ночную тишину. А потом еще один и еще. Глаза защипало, нос словно забили ватой, горло зачесалось, еще и тонкие, острые листья волчьей ягоды царапали кожу на лапах, пока я старалась наугад выбраться из этого поросшего вонючим растением места. Даже густая шерсть не спасала от неприятных, режущих прикосновений.

Видно я умудрилась забрести очень далеко. Обычно с этой гадостью жестоко расправляются, а тут прям целая рассада. И самое обидное, зрение у меня ухудшилось и я даже не уверена, что не хожу кругами… А ощущение такое есть.

То и дело спотыкаясь, даже пару раз стукнувшись нежным носом о дерево и уколов его ветками кустарников, я, не надеясь ни на зрение, ни на слух и ни на обоняние, иду чисто интуитивно, злясь сама на себя за неосторожность и то и дело чихая.

Но к моему счастью вскоре подул свежий ветерок, подаривший мне невероятное облегчение. Вонь волчьей ягоды сменилась ночной прохладой и я, хоть и ритмично причихивая на каждом шагу, смогла рассмотреть куда примерно мне стоит двигаться. Засеменив между деревьями, я прищурила глаза и старалась больше не врезаться изрядно исцарапанным носом во что-либо.

И все снова стало хорошо, пока резкий, чужой запах оборотня не заставил мое тело напряженно пригнуться и пробудил все инстинкты. Запах… это тот же самый запах, который я уловила вчера. Тот же оборотень. И мне бы сейчас тихонечко отступить назад и дать деру отсюда, пока меня не заметили, ведь ветер дует с его стороны, но ночную тишину снова пронзает мой громкий чих, затем еще один и еще. После пятого сотрясения воздуха пришлось признать, что только очень глухой и очень старых оборотень мог не услышать меня. А вот я точно не услышу его приближения, уши все еще заложены, да и вижу я с трудом. И что делать? И что вообще он тут делает? Или она…

Из-за ближайших деревьев выглянула большая волчья морда, с ярко горящими, желтыми глазищами и я поняла, что все-таки это «он». Но что этот «он» тут забыл?

Оборотень чуть пригнулся, настороженно смотря на меня и принюхавшись… громко чихнул.

Глава 3