Читаем Воины Посейдона полностью

Он положил трубку, взял со стола чётки из чёрного агата и твёрдой поступью императора подошёл к окну. Несколько секунд, перебирая пальцами чётки, пристально смотрел на проглядывающий сквозь серую дымку Биг-Бен. На его лице застыло выражение торжества от близкого успеха. Его спина была не по годам прямой, поза – уверенной, а взгляд – жёстким и безжалостным. Он поднял свои бесцветные глаза в лондонское небо. В нём, подсвеченные ярким летним солнцем, плавно плыли белоснежные облака.

* * *

Томилин сидел в кресле самолета и в напряжённой задумчивости разглядывал освещённые солнцем, похожие на белую вату облака. Из-за гула турбин самолёта он не услышал, как в VIP-салон зашёл Дэйтон. Американец вытер влажные руки салфеткой и бросил её в корзину. Присел в удобное кресло за небольшой столик напротив генерала Томилина.

Стюардесса на подносе принесла завтрак. Быстрыми, отточенными движениями улыбчивая девушка переместила посуду с едой на столик перед мужчинами.

Намазывая чёрную икру на хлеб, Дэйтон бросил короткий взгляд на генерала.

– О чём задумались, мистер Томилин?

– О том, что в современном мире ничего не удаётся сохранить в тайне.

– Это вы к тому, что о программе полёта стало известно исламским экстремистам? – Он смачно откусил от бутерброда с икрой. Аппетитно жуя, глотнул горячего чая. – Вы знаете, многие мои соотечественники не любят икру! А я её просто обожаю…

Не обратив внимания на последние слова Дэйтона, Томилин взял свою чашку со стола.

– Дело не только в этом. Даже если бы они и знали, всё равно провернуть такое им одним не по силам. Ведь что получается, – он тоже глотнул из чашки, – они заранее знали, где упадёт аппарат? Если это так, из этого следует, что падение аппарата в этом районе океана кто-то тщательно спланировал и подготовил. Поэтому-то им и удалось сделать всё так быстро! А мы опоздали и не смогли им помешать. Нет, я не верю в то, что это был случайный захват.

– Ну почему же? Их посудины снуют в тех морях, как такси в Нью-Йорке. Оружие и взрывчатка у них всегда при себе. Они же охотятся за торговыми судами… Им не составляло большого труда, заметив спускающийся аппарат, выдвинуться к месту приводнения и завладеть им.

– Возможно, вы правы. Но всё же мне не даёт покоя мысль, что траектория спуска была кем-то изменена целенаправленно.

– Но, генерал, тогда это означает, что в вашем космическом ведомстве обосновался предатель. Вы ведь ТАК думаете?

Томилин хмуро посмотрел в иллюминатор.

– Я боюсь так думать. Но исключать ничего нельзя. По прилёте в Москву я займусь этим в первую очередь.

Откинувшись в кресле, он тоскливым взглядом человека, заключённого в темницу, оглядел салон. Поднеся часы к глазам, горестно вздохнул:

– Что же так долго-то!

Генерал досадливо хлопнул по подлокотникам кресла и, подперев рукой подбородок, снова уставился в иллюминатор. Ему вдруг стало невыносимо тесно в этом уютном салоне. Его раздражало ничегонеделание. Ему надоел этот монотонный гул турбин. Шикарная обстановка салона нагоняла на него тоску, потому что она ограничивала свободу его действий. Даже причудливые облака, медленно и красиво проплывавшие за стеклом иллюминатора, его раздражали и злили, потому что им некуда и незачем было спешить. Они, как овцы в огромной отаре, безмятежно брели куда-то в этом бескрайнем воздушном океане.

Дэйтон, допив чай, потянулся к своим любимым сигарам. Закурил, снисходительно поглядывая на Томилина. Тот, крепко сжав рукой подбородок, продолжал хмуро разглядывать освещённые солнцем облака. Его напряжённая поза, весь его вид говорили о том, что, была бы его воля, он увеличил бы скорость самолёта до предела, только бы поскорее оказаться в Москве.

– Успокойтесь, мистер Томилин. Я думаю, что рано искать чёрную кошку в тёмной комнате. Зачем вы себя накручиваете? Ведь это только ваши предположения. Веских доказательств и фактов, подтверждающих ваши догадки, у нас пока нет. Может, это всего лишь фатальное стечение обстоятельств.

– Ладно, разберёмся… – Томилин слегка поёжился и встряхнулся, сбрасывая оцепенение. – Во всей этой запутанной истории меня успокаивает только одно: они не смогут вскрыть контейнеры и расшифровать информацию.

– А вот здесь я бы не обольщался. Я бы сказал так: ПОКА не могут. Кто сейчас может поручиться, что под страхом смерти ученые не дрогнут и не окажут им в этом существенную помощь? И где гарантия того, что информация о принципе работы дешифратора не попала им в руки?.. – Он подвинул к себе вазочку с маслинами. Не спеша выбрал самую крупную и отправил её в рот. Откинувшись в кресле, закинул ногу на ногу. – Вы не допускаете такой мысли? По-моему, если, конечно, следовать вашей версии о неслучайности схода аппарата с траектории, – он бросил ещё одну маслину в рот, – …она выглядит вполне логично.

Томилин зло посмотрел на Дэйтона. Генерала бесила его вальяжность и спокойствие.