Читаем Воины Посейдона полностью

Многие из присутствующих восприняли эти слова и на свой счёт. Сидевшие за столом сменили расслабленные позы на рабочие и повернули головы в сторону генерала. Стоявшие у окон спешно затушили окурки и заняли свои места за столом. Томилин тоже сел в своё кресло. Решительно поставив локти на стол и сцепив пальцы в замок, он резко подался вперёд, как пулемётчик перед атакой.

– Так что же всё-таки могло случиться с аппаратом? АВАКС зафиксировал приводнение, передал точные координаты. Через два часа спасательные силы были уже на месте, а аппарат бесследно исчез. Никаких следов! Его радиомаяки молчат… Тишь да гладь, как будто его и не было вовсе! Где аппарат?! Где люди?! – всё больше раздражаясь, выкрикнул Томилин, обводя взглядом присутствующих. – Американцы уже делают недвусмысленные намёки. Начинают нас чёрт-те в чём подозревать. Их президент уже звонил в Кремль, требуя объяснений… – Он кивнул на гербовый телефон прямой связи с президентом России. – Вы отдаёте себе отчёт в том, ЧТО произошло? Аппарат-то целиком и полностью наш! Мало того, что он сошёл с траектории, так он ещё и пропал в этом грёбаном море Сулу! – В его голосе звучал грозный металл, глаза налились свинцовым гневом, на висках вздулись вены. – А вы мне тут… только руками разводите!

– Товарищ генерал-полковник, – переходя на официальный тон, поднялся со своего места главный конструктор спускаемого аппарата, – я и мои сотрудники всегда отвечали за свою работу и мы хорошо понимаем всю меру ответственности… Если будет доказано, что аппарат пропал по нашей вине, мы готовы понести любое наказание. Но на данный момент я только могу повторить свои слова, сказанные на госкомиссии по приёмке аппарата: спускаемый модуль надёжен, многократно испытан в различных режимах, все нештатные ситуации были просчитаны и смоделированы. Системы жизнеобеспечения аппарата с ними успешно справились. Результаты расчётов и испытаний были отправлены американской стороне и полностью их удовлетворили. Так что ни взорваться, ни утонуть он не мог… – Взволнованный главконструктор, как бы ставя точку, стукнул зажигалкой о стол и после паузы добавил: – Если только он не подвергся воздействию внешних сил.

– О каких внешних силах вы говорите? Что вы имеете в виду? – напрягся генерал.

– Да всё что угодно! Я не знаю… это уже не в моей компетенции. – Главный конструктор сел на своё место. Один из сотрудников его КБ тут же начал что-то шептать ему на ухо.

Слово взял ещё один учёный, принимавший участие в разработке и испытаниях аппарата. Звали его Игорь Михайлович Кедров.

– Олег Георгиевич, я полностью разделяю уверенность Кирилла Валентиновича в надёжности аппарата. Мы долго работали над ним и просчитывали все мыслимые и немыслимые нештатные ситуации. – Он заметно волновался, то и дело поправляя лежавшие перед ним бумаги. – Да… Так вот, по моему мнению, нельзя сбрасывать со счетов и так называемый человеческий фактор. Ведь связь с экипажем прервалась. Мы не знаем, что произошло внутри сферы, когда аппарат сошёл с орбиты. Может быть, в борьбе за живучесть аппарата экипаж не выдержал чудовищных перегрузок, нервного напряжения и во время приводнения действовал неадекватно…

– Маловероятно, – прервал его главный конструктор. – Трудно представить себе, чтобы все четверо действовали неадекватно. Ведь смогли же они запустить систему мягкой посадки! Но даже если предположить, что с экипажем что-то случилось, аппарат всё равно остался бы на плаву. Если только его не утопили целенаправленно… Но в невменяемом состоянии это сделать довольно сложно. Мне тут подсказали другую версию… Что если аппарат попал в сильное морское течение, и его отнесло от места падения на многие мили, и мы просто не там ищем?

– Кири-илл Валентиныч, вы сами-то понимаете, что говорите? – Генерал обескураженно посмотрел на главконструктора. – Акватория района падения на сотни миль под контролем. Даже рыбацкая фелюга не осталась бы незамеченной. Кроме того, связисты клянутся, что радиомаяки, установленные на аппарате, могут работать в любых условиях в течение трёх месяцев…

– Если только цел сам аппарат… – поправил Томилина главный связист, не отрывая глаз от дисплея своего планшета.

Томилин прервался и посмотрел на главсвязиста беспомощным взглядом.

– Ну, не растворился же он, в конце концов! – хлопнул ладонями по столу Томилин. – Должны же остаться хоть какие-то следы?!

Сидевшие за столом учёные и инженеры старались не смотреть ему в глаза. Никто из них не мог найти внятного объяснения причины исчезновения аппарата.

– Олег Георгиевич, – нарушил удручённое молчание коллег один из экспертов, – с момента фиксации приводнения аппарата до первого вертолета, прибывшего к месту падения, прошло около двух часов… За это время могло произойти всё что угодно…

– Что?! Что могло произойти? Вы здесь все специалисты, дайте хоть одну мало-мальски приемлемую версию!.. Может быть, произошла разгерметизация корпуса и аппарат утонул, но тогда всё равно бы сработали радиомаяки! Или вы хотите сказать, что его могли украсть инопланетяне?!