— Правильно рассуждаешь, Добромил, — Неждана почесала кота за ухом. Тот выгнул спину и, потянувшись, выпустил когти. — На Баюне серебро есть. Первое средство против злых сил. И я его ношу, — девушка тронула наручь на запястье правой руки. — Так что я не та, за кого меня принимаете. Ошибаешься, Прозор!

— Так кто же ты? — хрипло спросил побледневший богатырь. — Извини, но знаю, что только ведьмы, людям враждебные, могут вот так перекидываться…

Неждана звонко, заливисто расхохоталась, будто бы испуг сильного и отважного воина ее забавлял. Впрочем, в смехе девушки не было ничего ни обидного, ни злобного. Если бы она была ведьмой, то и смеялась бы по-другому! Ведьма бы торжествовала, что сумела заманить в свою ловушку столько людей. А у Нежданы смех был другой: душевный, располагающий к теплу и уюту. От ее смеха венды успокоились. Кажется, ничего страшного их не ждет.

— Вы же знатные охотники и сильные воины! — отсмеявшись, сказала Неждана. — Так чего же вы опасаетесь! А если бы я даже ведьмой была? Так чего в этом страшного? Ведьма — тоже почти женщина. Или была ею. Только не ведьма я! — Неждана возвысила голос. — Не ведьма. Много выше! Ведьмы смертны, а я… Я в этом лесу давно живу, и счет годам потерян. Помню время, когда ничего в этом мире не было — только голая, плодородная, черная земля, а не эта серая пустошь, что лес окружает. Еще помню тот день, когда сквозь землю пробились первые нежные ростки. Росли деревья, а как зазеленели они и силу набрали, то моя сестра первых зверушек в лес выпустила. Чтобы заполнили они мой мир, мой лес. Чтобы жили здесь и радовались жизни. Дожди лили, поя траву и деревья. Каждый день на краю небосвода вспыхивала радуга… Тогда шла юность моей земли. А сейчас… — глаза Нежданы потемнели. — Сейчас вы сами все видите, охотники!

У Любомысла, уж на что был крепок старый мореход и чудес немало видел, перехватило дыхание. Не простая эта девушка, Неждана. Ох не простая! Но не ведьма она — это точно! Неужели?!

— Прости на грубом слове! — старик встал и поклонился. — Так кто же ты?

Неждана улыбнулась и показала рукой, чтобы Любомысл сел.

— Не надо этого. Будь таким, каков есть! Отвечу так: люди обо мне ничего не знают. Ни к чему им это. А вот сестру мою они особо почитают!

Девушка прищурясь глядела на Прозора, Борко и Милована.

— Вы же охотники! Так? Вот и ответьте — кого из богов охотники почитают больше других? Кому особые дары приносят: шкурки соболей, куниц да мясо диких животных?

Ответ ясен. Кого же из богов может почитать вендский охотник больше других? Конечно, прародителя зверя, от которого его род пошел. А наособицу чтут богиню охоты Диву. Дива удачу приносит, зверя от охотника в глушь лесную не уводит и позволяет с немалой добычей домой возвращаться.

Тут и до Прозора дошло, кто же эта красавица, которая смело называет богиню Диву своей сестрой!

Богатырь встал и низко склонился. Лицо его полыхало. Он корил себя — расселся тут и речи неучтивые ведет! Еще немного, и Прозор бы бухнулся в ноги Неждане. Девушка остановила его движением руки.

— Сядь, Прозор! Будь прежним. Я не она. Я всего лишь ее сестра.

— Прости, — глухо бормотал Прозор. — Но неведомо нам, что у Дивы сестра есть. Никто об этом не слышал…

— А за что «прости»? — улыбалась Неждана. — Это никому не ведомо. Даже не все боги об этом знают. Тайна это. Да, Дива моя сестра. У нас одна мать. Только богиня охоты Дива — дочь Додолы и Перуна. А я просто дочь Додолы и… и одного человека. Но хоть я и дочь смертного, все же вечной жизнью награждена так же, как и другие боги. Людям ни к чему знать, что от них могут рождаться боги. Теперь вы это знаете. Мать назвала меня Дея, а отец называл Нежданкой. Нежданная я…

Венды сидели, прилипнув к скамьям. Оставалось лишь безмолвствовать, с обожанием смотреть на красавицу-хозяйку и сдерживать готовые вырваться из груди сердца! Они сидели за одним столом с богиней!..

Глава 3

О хозяйке потаенной страны

Венды сидели, прилипнув к скамьям. Им оставалось лишь безмолвствовать и с обожанием смотреть на красавицу-хозяйку. Сердца их колотились так, будто готовились вот-вот вырваться из груди. Еще бы! Они не только неожиданно встретили богиню, но сейчас даже сидят рядом с ней! Сидят в ее жилье за накрытым разными вкусностями столом, а она потчует их яствами и беседует с ними!

Милован и Борко таращили глаза. Спины парней взмокли от волнения, пальцы рук подрагивали. О богах, обитающих в ином, Верхнем или, наоборот, в Нижнем Мире, молодцы слышали с самого рождения, даже раньше, чем выучились говорить. Соответственно, почитали их, по своим возможностям приносили дары. Всегда отдавали самое ценное. Боги не любят скупых. Пожадничаешь — и отвернется от тебя удача!

Если бы парни взглянули на себя со стороны, то потом до-олго бы стыдились своего глупого вида. Рты широко раскрыты, будто молодцы скорбны умом; руки не находят себе места; выпученные глаза то в стол уставятся, то на Неждану, то в прикрытое ставнями окно, будто за гладкими дощечками можно что-нибудь увидеть.