Читаем Война Вихря полностью

– Да, впечатляет! Сильный красивый мужчина, умудренный жизненным опытом, и прекрасное гибкое юное создание… Я вижу, как это переплетено. И еще понимаю, почему Булеан поручил Сэм именно тебе. Вы с Кирой очень похожи.

Крим удивленно поднял брови.

– Неужели? Никто никогда этого не замечал.

– Не явно. Но ваша манера говорить, выбор слов, излучение силы… Я вижу не две ауры, а только нечто большое и цельное. Ты помнишь то же, что она, знаешь ее сокровенные мысли, а она твои?

Крим кивнул:

– Да. Это было самое трудное. Впору с ума сойти. Ну а потом удалось научиться жить с этим.

– Не многим хватило бы силы духа на такое. Наверное, все, кто знает вас обоих, считают вас разными людьми. Возможно, вы и сами так думаете, но ауры говорят мне, что ее нет с тобой сейчас, а тебя не было с ней прошлой ночью. Я бы это знала. Когда-то вас было двое, но вы избежали безумия не принятием двойственности, а становлением целостности. Днем ты мужчина, и ты взаимодействуешь с миром, как абсолютный мужчина. Когда ты прекрасная женщина, ночью, ты взаимодействуешь с миром, как абсолютная женщина. Но твои разум, аура, внутренняя сила – те же в обоих воплощениях. Вы достигли почти уникального регулирования. В каждом мужчине есть нечто женское, иначе они были бы просто животными, а в каждой женщине – что-то мужское, иначе им бы не выжить самостоятельно. Только в тебе эти стороны уравновешены, ни одна не преобладает.

Крим задумался.

– Может быть. Мне, правда, не приходило это в голову, но меня действительно никогда не привлекали другие мужчины, а Киру – женщины.

– Вы избегаете безумия, потому что мужская и женская сущности поочередно полностью овладевают телом, хоть вы и не контролируете это. Мне кажется, ты наслаждаешься своей двойственностью и совсем не хотел бы ее потерять. А вот натура нашей Принцессы Бурь из внешних слоев тебя беспокоит.

Он кивнул:

– Да, мне не по себе с ней, но я не могу объяснить почему.

– Ее склонности не так редки, как мы думаем, только о них не всегда становится известно. Секс и физически, и психически такая сложная штука и такая неодолимая… Странно еще, что разные отклонения, которые с ним связаны, не случаются еще чаще. В любой толпе можно встретить и мужчин, и женщин сексуально гораздо более ненормальных, чем Сэм. Но никому до этого дела нет, пока все шито-крыто. Думаешь, мог бы мужчина влюбиться в Киру, знай он, что на заре прелестная девушка превратится в рослого, сильного, мужественного навигатора? А женщины, что млеют от тебя, пожалуй, поостереглись бы, если бы знали, что на закате ты станешь красивее и женственнее любой из них!

– Да, удобнее, когда о нас не знают. Но ведь Сэм-то не проклята.

– Конечно, проклята! Ну не магическим заклинанием, так тем, что она не такая, как все. Пока она скрывала это даже от себя самой, она могла жить в обществе, но только не быть счастливой. Она много раз страдала здесь от неосознанного стремления забыть, кто она и какая. Многие люди могут позволить себе такую роскошь, хотя я не понимаю, что в этом хорошего. Но она не может. Не может убежать от своей судьбы, а если попробует – это уничтожит ее.

Крим кивнул:

– Итак, ты решила, что она должна полюбить себя такой, какая она есть, и чувствовать себя уверенно, что бы ни думало о ней общество.

– Она сама это выбрала. Я просто избавила ее от страха перед судом общества, который мешал сделать то, что ей было нужно. Теперь Сэм абсолютно все равно, что думают о ней другие. Боюсь, уверенность, которая придет на смену бесконечным комплексам, не улучшит ее характер, но без этого ей не выстоять.

* * *

Сэм проснулась только к вечеру. Наконец-то она чувствовала, что действительно отдохнула. Она снова была самой собой, она все помнила, но думать о прошлом не хотелось – ничего приятного в нем не было. Она с трудом могла поверить, что всю свою жизнь была такой дурой.

Но тут у нее в голове вдруг возник мотив шлягера из этого прошлого, и Сэм поймала себя на том, что тихонько мурлычет: "На всех не угодишь, так угоди себе".

Да, наконец-то она была в мире с собой. Но изменилось только ее отношение к себе. По-прежнему она оставалась этаким яблоком раздора между могущественными силами, о которых мало что знала, по-прежнему даже не подозревала, что ее ждет, и вдобавок по-прежнему была беременна.

Странно, но именно беременность занимала все ее мысли. Приятнее было думать, что она забеременела в тот первый раз, но на самом деле это не имело значения. Это была ее малышка, а кто был отцом – какая разница! И ей ужасно нравилось, что у нее будет ребенок. Она так его хотела, как никогда и ничего больше за всю свою жизнь. Но Сэм знала, что впереди ее ждут суровые испытания и отступать нельзя: если она не одолеет эту Принцессу Бурь… Даже думать не хотелось, что ждет тогда и ее саму, и ее ребенка. Этот рогатый ублюдок умел находить слабые места каждого. Что, если он сумеет поставить ее перед выбором: победа или ребенок?