Читаем Война в Кедровой долине полностью

Конечно, отыскать таких высоких гостей в атмосфере праздничного оживления довольно трудно. Да к тому же их будет сопровождать сам Хейл или кто-то из его людей. Впрочем, есть одно место, которое они посетят непременно, — площадка для борьбы, где им конечно же будут отведены лучшие места.

И тут Килкенни впервые подумал о Тернере. Он видел этого человека в бою — гора мускулов с подбородком, словно высеченным из гранита. Глубоко посаженные глазки, толстоватые губы, сплющенный от многочисленных ударов нос. Это борец высокого класса. Не будь он таким, его бы просто не выпустили на ринг бороться, к примеру, с Джо Госсом и Пэдди Рианом. Килкенни два раза видел Быка Тернера в бою, и оба раза тот выиграл без особого труда. Удары его обладали сокрушительной силой, он наступал, не обращая внимания на удары противника. Конечно, у него были недостатки, но у кого их не бывает?

Килкенни въехал в Кап и спешился. Парсон Хэтфилд подошел к нему вместе с О'Харой и Джессом.

— Я вижу, ты побывал в пустыне, сынок, — сказал Парсон. — Эта пыль явно не из леса.

— Да, я спустился вниз, в пустыню, — сказал Килкенни.

— Смоки-Дезет? — спросил О'Хара. — Ты хочешь сказать, что нашел спуск?

— Да, нашел.

— И там можно спустить фургон? — удивился Джесс.

— Для этого придется немного помахать топором. Работка примерно для четверых сильных мужчин. Нужно расчистить путь, а уж потом попробовать спустить вниз фургон. Но вот можно ли пересечь пустыню — не знаю. Я нашел следы старой дороги. Ею не пользовались лет десять — пятнадцать, а может быть и более. Не могу сказать, много ли народу по ней проехало, но в свое время это была дорога.

— Там, где проехали другие, проедем и мы, — заметил Джесс.

— И куда ведет эта дорога? — скептически спросил Парсон. — Мне встречалось много дорог, которые вели в никуда.

— Ты прав, — согласился Килкенни. — Никто не знает, куда выведет нас эта дорога. Но я попытаюсь разведать. — Он снял с коня седло и уздечку и завел его в корраль. Потом отнес упряжь в конюшню и положил на полку. — Нам необходимо взять с собой запас воды и обмотать свои головы и морды лошадей тряпками — в пустыне полно мелкой пыли, которая забивается в ноздри. Сверху, откуда я на нее смотрел, это труднопроходимая местность. Нужно взять с собой еще пару лопат и шест — вдруг мы застрянем, тогда нам потребуется рычаг. Путь предстоит нелегкий.

— Зато более короткий.

— Это так. Пока что Хейл нас не беспокоит, и думаю, до конца празднеств не побеспокоит, однако рассчитывать на это не стоит. Мы должны быть готовы к нападению, по-настоящему готовы, в любое время.

Килкенни помолчал, а потом сказал:

— Если отправиться не мешкая, думаю, мы сможем догнать в Блейзере первый фургон и вернуться вместе. Ведь наверняка на обратном пути их будут поджидать люди Хейла.

Только войдя в дом, Килкенни осознал, как проголодался. С раннего утра у него маковой росинки во рту не было, а энергии он потратил очень много.

— У Хейла масса времени, а у нас его нет. Он может себе позволить сидеть и ждать, пока мы съедим весь свой запас продуктов. А сам тем временем будет играть в политические игры с чиновниками из столицы, чтобы у них не возникло никаких вопросов, когда он вышвырнет нас отсюда.

Джесс присел на ступеньку.

— И никто не решится рассказать им правду, — заметил он.

Килкенни снял шляпу и скинул рубашку. Вытащив из колодца ведро воды, он принялся мыться. Мускулы словно змеи перекатывались под загорелой кожей.

— Думаю, я поеду туда и попробую поговорить с чиновниками.

— Да тебя и близко не подпустят, — заметил О'Хара.

— Они тебя убьют, — сказал Парсон.

— Ну, пока эти представители власти в городе, меня не убьют. Не решатся. Да и мне меньше всего хочется затевать стрельбу. Мы должны убедить их, что мы честные люди и законопослушные граждане: хотим построить себе здесь дома, и у нас есть заявки на участки, а это, кстати сказать, всегда можно проверить.

— А как ты собираешься добраться до этих чиновников? — спросил О'Хара.

— Пока еще не знаю. Подумаем. Хейл будет принимать их в своем Замке, меня туда за милю не подпустят.

Если я буду стоять на улице в толпе, то меня узнают и вышвырнут. Или еще хуже: плеснут мне на рубашку виски, дождутся подходящего момента, изобьют и упрячут в тюрьму, а если кто-нибудь что-нибудь спросит, скажут, что посадили пьянчугу, чтобы не портил праздник.

— Тогда как же ты все устроишь?

— Надеюсь, что-нибудь придумаю. — Килкенни помолчал. — Пойду возьму чистую рубашку. Уж я доберусь до них, даже если для этого мне придется сразиться с Быком Тернером.

Килкенни ушел, а Хэтфилды остались стоять, глядя ему вслед.

— Сразиться с Тернером? — сказал Джесс. — Да он сумасшедший. Ведь Тернер — профессиональный борец. Это ему не Хейл.

— Может, и так, — сказал О'Хара. — Но ты заметил, как Килкенни двигается? Он похож на огромного кота.

— Да, драться он умеет, — согласился Джесс. — Как он отделал Короля Билла, а тот ведь тоже кое на что способен.