Читаем Война трех полностью

Тирипс чуть светился серебристым светом, алая лента трепетала. Кьяра уже физически ощущала жажду крови своего меча.

— Подожди, — тихо сказала вампирша. — Я смогу их спровадить.

Агадайя вышла вперед. Клыки удлинились, заострились черты лица, глаза превратились в сплошную черноту, затопив белок.

— Дети Ночи! Я — Агадайя, Высший вампир Нижнего мира. Эти люди принадлежат мне!

Вампиры лишь зашипели, но не отступили.

— Слышь, Темная, похоже, плевали они на тебя и твои титулы.

— Вижу, — голос ее был напряженным, она как будто даже подалась вперед, пытаясь рассмотреть их. — Они не послушают меня.

— Почему?

— Не знаю. Какое-то заклятие блокирует. Они в полной власти чужой воли. Стойте тут! — Вампирша чуть наклонилась, оттолкнулась от земли, и одним прыжком преодолела разделявшее расстояние, оказавшись в середине нестройного ряда Детей ночи.

И началась сплошная круговерть из неясных черных образов, вперемешку с кровавыми брызгами. Она просто скользила между противниками, прерывая жизни своих же собратьев, разрывая врагов. Куски мяса, части тела полетели в разные стороны, кровь щедро заливала землю, окрашивая чуть зеленоватый мох в коричневато-багровый цвет. Крики смерти, проклятия, предсмертные хрипы сливались в один не стройный хор обреченных вампиров.

Но как бы Агадайя, ни была сильна, врагов тоже было предостаточно. Она дралась, не обращая внимания на собственные раны и пропущенные удары. Киру от этой кровавой бани замутило, и она отвернулась. Смотреть на то, что вытворяет Агадайя, просто не было сил.

Минут чрез пять, наступила тишина. Вампирша осталась одна в окружении растерзанных тел. Вся в крови и изодранной одежде. С черными как угли глазами. С каплями крови на клыках.

Агадайя покачнулась и упала. Кира кинулась к ней, но Марк остановил ее, схватив за руку.

— НЕТ!

— Она ранена.

— Она сейчас опасна. Высший вампир не пьет кровь, он выпивает души. Питается жизненными силами. И чем сильнее существо, тем больше желание его выпить. А за неимением других живых, мы самые лучшие кандидатуры для ее обеда. — Он потащил упирающуюся девушку подальше от вампирши.

— Марк ты что? Она только что нам жизнь спасла! — крикнула Кира, пытаясь вырваться из его рук.

— Она — Вампир! В ней сейчас совершенно другие инстинкты правят.

Агадайя, тем временем, выгнулась дугой, застонав.

— Ей сейчас все равно кого иссушить.

Вампиресса медленно поднялась с колен. И Кира наконец-то поняла, о чем говорил Марк. Холодная, жуткая маска зверя. Огромные белоснежные клыки, черные волосы змеями вились по спине. Оскал хищницы, убийцы. В темных глазах лишь жажда.

— Стой! — крикнул Велкон. Он встал между людьми и вампиром, сложив огромные черные крылья Тьмы за спиной.

Агадайя смешно повела носом, принюхиваясь. Глаза превратились в маленькие щелочки, и она зарычала. На лице отразилась маска боли, и какой-то совершенно уже человеческий страх.

— Уходи, — прохрипела она, обхватив себя руками, стараясь сдержать порыв, и не броситься на него.

Велкон тяжело вздохнул, закатав до локтя рукав черной рубашки, и подошел к вампирше.

— Пей.

Агадайя ожесточено помотала головой. Кире стало жалко ее, она сейчас выглядела не страшной и озлобленной, а очень несчастной.

— Велкон. — тихо позвала Кира.

И сама вздрогнула. Впервые она назвала его по имени, впервые обратилась к нему, не с обвинениями, злостью, или обидой. В голосе — волнение и страх.

Велкон закрыл глаза, справляясь с непонятным чувством от нежного голоса позвавшего его.

…Ради чего ты сражаешься…

— Пей! — с нажимом, смотря в черные глаза, сказал он.

Агадайя еще яростнее замотала головой, отойдя на шаг от него, и опустившись на колени, принялась медленно раскачиваться в разные стороны. Велкон встал возле нее, достал стилет, и резанул себя по венам на сгибе. Взгляд вампира обессмыслился, смотря на то, как медленно стекает по руке Ангела белая светящаяся кровь, и капает с пальцев, маленькими капельками-жемчужинами на темно-багряный мох.

— Я знаю, почему ты служишь Милене. — И вампирша, не в силах более сдерживать себя припала к его руке, жадно глотая драгоценную кровь.

По телу разнеслось тепло, медленно превращаясь в огонь. Рука стала неметь, и Велкон как-то совсем лениво подумал о том, что Агадайя сейчас может его убить. Но как нестранно, это его совсем не взволновало, а даже наоборот, принесло облегчение. И когда накатила слабость, как сметающая на своем пути волна цунами, вампирша перестала пить кровь.

Глаза вернулись к нормальному цвету, клыки втянулись, даже на бледных щеках заиграл румянец. Перед Велконом сидела обычная женщина.

— Как ты догадался? — спросила она охрипшим голосом сына своей госпожи.

— Только сила Повелительницы могла заставить тебя служить ей. И только кровь Ангела могла дать Высшему вампиру крылья.

— Ты не прав, Наследник, — покачала головой Агадайя. — Сила Милены не заставляет меня служить ей, это мой выбор.