Читаем Война племен полностью

Савелий постоял несколько минут, дыхание переводя. Застегнул штаны и девицу по голому заду шлепнул.

— Завтра ко мне в двенадцать придешь.

Она улыбнулась и начала одеваться.

— Господин, а вы озорник!

Савелий на нее искоса взглянул.

— Тебе понравилось?

— Конечно, мой господин, — она согнулась в поклоне.

— Давно ты замужем? — спросил он.

— Год уже, — она пожала плечами.

— И что муж твой? Радует тебя?

— Ему до вас далеко, господин!

— Ну, я постарше, — Савелий улыбнулся. — Поопытней.

— А когда госпожа Анна вернется, что мне делать?

— Ничего, — Савелий присел в кресло. — Будешь сюда приходить, когда скажу.

— А муж мой если прознает?

— Твой муж — твои заботы. Мне дела до него нет.

— А ежели ненароком понесу от вас?

— Тогда к повитухе главной иди. Скажешь, что я направил. Она все сделает. Я счет оплачу.

— Хорошо, господин, — девушка кивнула. — Я могу идти?

— Иди, — он махнул рукой.

— Да, мой господин.

Савелий остался один. Все они, бабы, одинаковы. Даже мать Радомира и та сопли жевала, когда понесла. Правда, к повитухе наотрез идти отказалась. За это он хоть немного уважать ее стал. Брат по ней слюни год пускал, пока отец разрешение на брак не дал. А Савелию-то что? Интересно было, что такого в бабе брат нашел, что она им вертела как хотела? Вот и довертелась. С Савелием этот трюк не прошел. Он видел ее насквозь. Такая же потаскуха, как и другие. Хотя, перебранки с Анной его радовали. Две бабы грызутся из-за него… Весело! Радомир всегда послушным ребенком был. Рассудительным. Засядет за своими книгами по медицине и не видать его. Вот только потом эта медицина отвлекать его сильно стала. Ничего, кроме нее, не видел. А жениться давно пора было. Савелий долго ему невесту выбирал. Должна была быть с родословной хорошей, внешности приятной, чтобы глаз радовала за столом, чтобы дети красивые были, и умные, конечно же. Елену он заприметил в доме Ребровых. Она с Кириллом гуляла. Савелий расспросил о девке Ивана. Слишком ушлой она ему показалась. Этого он в бабах не любил. Но отец Елены был опытным добровольцем и мог заняться поисками комплексов в пустоши в одиночку. Это и подкупило. Савелий к нему в дом наведался и сделку предложил. Тот в пустоши ищет корабли и все электронные игрушки приносит ему, Савелию. А за это он Елену ее на Радомире женит и будет дочь его на Востоке в Главном доме в хозяйках ходить. Проку от этой сделки оказалось мало. Отец Елены ему приносил сплошной лом, а сама дрянь продолжала тягаться к Кириллу на свиданки, рога Радомиру наставляя. Когда об этом Франя шепнула, Савелий пришел в ярость. Девка беременной была и срок был больше, чем положено. Савелий Фране четко дал понять, что ни девку, ни ублюдка ее он в своем доме не потерпит. Старая карга все сделала тихо. Травить начала медленно, чтобы не заподозрил Радомир неладного. Тяжело беременность носит? С кем не бывает. Одного он от сына не ожидал, что тот ей пузо порежет, чтобы ребенка попытаться спасти. Упертый. Хотя, это он в него такой. А потом Радомир руки опустил. Савелий все ждал, когда тот пить перестанет да за ум возьмется. Пить-то перестал, но к жизни нормальной не вернулся. Все больница да больница. Даже Катька пыталась с ним спеться. Савелий против Катьки ничего не имел. Нормальная баба, опытная. Ей и поселение можно было вверить. И Савелия она не чуралась. Что скажет — то и сделает. Такая баба нужна была Радомиру. Эх… Жалко девку. Паскуда ей дорогу перешла. И это ж надо как ловко-то! А Август молодец! Хорошо ее натаскал! Но ничего… С Авророй он потом разберется. И с Радомиром тоже. Достал он его. Одни проблемы. Они все его достали. Устал он от них.

Это был глухой звук, похожий на хлопок. А потом вокруг Савелия затряслась мебель. Он открыл дверь, выглянул в пустой коридор. Тряска усиливалась. Савелий прижался к стене и пошел в сторону лестницы на первый этаж.

***

Юзефа и Париж пришлось оставить у ворот. Согласно первоначальному плану Париж должна была устроить истерику во время досмотра и выбежать ногой из палатки с криками «насилуют!» Никто не знал, во что на самом деле превратился этот досмотр выживших в пустоши и почему Париж и Юзеф так блестяще справились со своими ролями.