Читаем Война Хонор полностью

Наблюдая за тем, как офицер связи лейтенант Гауэр разговаривает с неким капитаном Габриэлой Канжевич, первой после Бога на борту ходившего под флагом Солнечной Лиги торгового судна «Пилигрим», Джейсон Акенхайл откинулся в своем командном кресле и тонко улыбнулся. Он вполне мог себе это позволить, ибо находился вне пределов поля зрения камеры, передававшей на «Пилигрим» изображение Гауэра. Для купца «Пилигрим» был невелик и предназначался для быстрой переброски сравнительно небольших грузов (если судить по стандартам левиафанов, бороздивших межзвездные глубины) и ограниченных пассажирских перевозок. «Ла Фруа», однако, по сравнению с ним казался килькой. Только вот у кильки были зубы, а у кита – нет, так что киту рекомендовалось вести себя исключительно вежливо. С другой стороны, некоторые торговые суда более равны, чем остальные, и «Пилигрим», занесенный в регистр Лиги, чувствовал себя сравнительно защищенным. Ни один мантикорский капитан в здравом уме не станет провоцировать конфликт с Лигой, рискуя угробить карьеру. По этой причине Канжевич – по крайней мере пока – разговаривала настороженно, но без особого беспокойства.

Вскоре все изменится… если сведения Акенхайла верны.

И лучше бы им, черт подери, оказаться верными.

– Это всего лишь рутинная проверка, – заверил Гауэр экранную собеседницу, затем оглянулся через плечо, словно проверяя, не подслушивают ли его, и снова повернулся к камере. – Между нами, мэм, нам самим это осточертело, но ничего нельзя поделать. За последние несколько месяцев число судов, исчезнувших в этом регионе, резко возросло, и разведка решила, что здесь орудует вооруженный рейдер. С Сайдмора поступил приказ не ограничиваться проверкой кодов, а проводить досмотр каждого торгового судна, оказавшегося в пределах досягаемости. – Лейтенант пожал плечами. – Мы досмотрели уже одиннадцать, но ничего не нашли.

Акенхайл отметил, что, хотя Гауэр и не добавил «конечно же», его тон позволял истолковать фразу именно так.

– Мы только пришвартуемся, убедимся, что у вас на борту не припрятан гразер, и пожелаем вам счастливого пути. Дело на несколько минут, но без этого мы не вправе позволить вам продолжить путь…

Он снова пожал плечами.

– Понимаю, лейтенант, – улыбнулась Канжевич. – Глупо обижаться на меры предосторожности, направленные против пиратов. Мы окажем вам любое необходимое содействие.

– Спасибо, капитан. Весьма признателен вам за понимание. «Ла Фруа», конец связи.

Гауэр отключил коммуникатор и, повернувшись, улыбнулся своему капитану.

– Как я сработал, шкип?

– Отлично, Лу! Просто отлично!

«Теперь остается надеяться на то, что Рейнольдс ничего не напутал», – беззвучно пробормотал Акенхайл себе под нос.

* * *

Капитан Корпуса Королевской Мантикорской морской пехоты Дениза Хаммонд встала и направилась к центру десантного отсека бота. В помещении было тесновато, поскольку туда набилось два полных взвода облаченных в боевую броню бойцов.

– Ладно, люди, – сказала она. – Швартуемся через пять минут. На тренировках вы все это уже проходили: глупостей никому не спускать, но и кровавой бани не устраивать… если удастся. Усекли?

Шлем загудел от хора подтверждений, и она удовлетворенно кивнула. Затем повернулась к выходному люку и замерла в ожидании с хищной улыбкой на губах. Если капитан не ошибся насчет того, что им предстоит обнаружить, сегодняшний день будет для нее лучшим за долгие месяцы, а то и годы. Ну а если ошибся… В конце концов, с морпехов взятки гладки. Никто не сможет поставить ей в вину то, что она выполняет приказ… да и солли ей никогда не нравились.

* * *

Причальные захваты зафиксировали бот, переходный туннель подсоединился к люку, и лейтенант торгового флота Лиги, которого Канжевич направила в отсек приветствовать визитеров, вытянулся в стойку, которую с натяжкой можно было бы именовать «смирно». Вообще-то он терпеть не мог наглых манти, – высокомерных выскочек, постоянно путающихся под ногами на торговых линиях Лиги, – но сегодня ему приказали проявить любезность. С учетом некоторых обстоятельств идея была не такой уж плохой, как ни противно её реализовывать. Когда над выходом из туннеля зажегся зеленый огонек, лейтенант изобразил улыбку.

В следующее мгновение улыбку стерло шоком: как только люк плавно скользнул в сторону, лейтенант обнаружил, что смотрит прямо в дуло шокового ружья. Зажатого в бронеперчатках морпеха, облаченного в грозную боевую броню. Частью потрясенного сознания лейтенант отстраненно отметил, что позади офицера толпится еще несколько десятков морпехов… в руках большинства которых было оружие посерьезнее парализаторов.

– Меня зовут Хаммонд, лейтенант, – прозвучало сопрано из динамика боевого шлема морпеха. При других обстоятельствах оно могло бы показаться мелодичным. – Капитан Хаммонд, Королевская мантикорская морская пехота. Предлагаю вам проводить меня к вашему капитану.

– Я… я… – Лейтенант тяжело сглотнул, – Что все это значит? – потребовал он ответа. Вернее, попытался потребовать. На деле получилось нечто похожее на испуганное, растерянное блеяние.