Читаем Война империй (СИ) полностью

Иессен, оставшийся с тремя поврежденными кораблями против четырех японских, к которым начали подтягиваться ранее не участвовавшие в схватке "Нанива" и "Такачихо", здраво оценил свои шансы на продолжение боя и отдал приказ о повороте на обратный курс во Владивосток. Но крейсера Камимуры, почуяв вкус крови, продолжали идти за русскими, осыпая их снарядами.

Остановил преследователей самый удачный за весь этот бой выстрел русских, автором которого опять оказалась "Полтава". Переместившись на второе место в строю после гибели "Очакова", она вела дуэль с "Адзумой", добившись не менее пяти достоверно зафиксированных попаданий в японский крейсер. Но роковым для этого порождения верфей номинальных союзников Российской империи (не торопившихся, однако, с реальной помощью и, более того, недавно отказавших своим партнерам в крупном военном кредите*, что позволяло потом многим твердить о каре Божьей за грехи лукавых франков) оказался всего один русский бронебойный 203-мм снаряд.

*Справочно:

В этом мире, как и в нашей действительности, после получения директивы из Парижа французские банкиры Нецлин, Готтингер и прочая 14 марта 1905 года сорвали подписание контракта о займе в 300 млн. рублей правительству России.

В 9.25 он попал в двухдюймовый скос броневой палубы напротив барбета кормовой башни, прошив до этого небронированный борт прямо над верхней кромкой пояса. Совокупный угол встречи снаряда с броней скоса на дистанции, разделявшей в этот момент два корабля, составил чуть более 70 градусов и практически без отклонения от нормали по горизонту, чего оказалось достаточно для поражения цели.* Фактически это был тот нечастый случай, когда русский бронебойный снаряд сработал именно так, как задумывалось его создателями - проломив скос, он с положенной задержкой полноценно разорвался в недрах корабля. К тому времени в погребе восьмидюймовых снарядов, в который угодил выстрел "Полтавы", их оставалась едва ли четверть от штатного комплекта, но "Адзуме" хватило и этого.

*Справочно:

Автор напоминает, что в этом мире бронебойный снаряд русской 45-калиберной восьмидюймовки весит 112,2 кг, а за основу описания данного попадания взяты данные по бронированию "Адзумы" из работы А.С.Александрова и С.А.Балакина "Асама" и другие" и по углам падения и пробивной способности близких по массе японских снарядов такого калибра из статьи С.И.Титушкина "Корабельная артиллерия в русско-японской войне" в выпуске "Гангута" N 7.

Порожденная сдетонировавшими снарядами взрывная волна, пройдя по подачным трубам, сорвала с погона, подбросила и перекосила кормовую башню "Адзумы", разрушив все ее внутреннее оборудование. Но более значимым было то, что взрыв разрушил днище крейсера под погребом, открыв воде путь внутрь корабля. Кроме того, свою лепту в начавшееся затопление внесли и продолжавшие вращаться деформированные в результате взрыва валы машинной установки, которую не сразу сподобились остановить. В результате распространение воды стало неконтролируемым и корабль с серьезным дифферентом на корму начал уходить под воду.

На русских кораблях взрыв и начавшееся после него оседание "Адзумы" кормой не могли не заметить, и обнадеженный Иессен рискнул бросить в атаку на занятого спасением крейсера врага свои миноносцы, ранее следовавшие на некотором отдалении от основных сил отряда. Увы, это было не лучшее решение - выйти на дистанцию торпедного удара они так и не смогли, остановленные яростным огнем японцев, и при этом потеряли миноносец N 311, уничтоженный со всей командой прямым попаданием с "Токивы". Еще два миноносца до того, как отвернуть от цели, успели получить относительно небольшие повреждения от японской противоминной артиллерии.

Тем не менее, этот последний наступательный порыв русских вкупе с продолжающимся редким, но оттого не менее опасным огнем с крейсеров Иессена стал наравне с исчерпанием боезапаса у кораблей Камимуры причиной того, что примерно в 10 часов утра противоборствующие стороны наконец разорвали огневой контакт и разошлись каждая своим курсом.