Читаем Воин Кармы полностью

Вскоре Он пошел в школу, однако новый этап в его жизни ничего в этой самой жизни не изменил. Просто одни игрушки сменили другие, и вместо машинок и разрисованных прищепок Он стал играть палочками для счета и карандашами. А потом научился читать, и с тех пор книги стали лучшими его друзьями. С каждым годом, начиная с первого класса Он все больше времени проводил в библиотеках. Прочитав все более-менее интересные книги в школьной библиотеке, Он записался в библиотеку районную, которой ему хватило на полгода – книги он читал запоем, несмотря на то, что учился всего во втором классе. Однако Он уже читал и Жюль Верна и Майн Рида.

При всех Его достоинствах – сообразительности, уме, прекрасной памяти, которая позволяла Ему читать запоем на уроках и, если мальчика вдруг вызывали к доске, с ходу отвечать по предмету и, вернувшись на место, вновь читать про подвиги североамериканских индейцев, Его недостаток – Его болезнь – никуда не ушла. И по-прежнему по утрам мать вывешивала сушиться мокрые простыни.

Однажды на уроке Он поднял руку и попросил учительницу разрешения выйти. Он постеснялся сказать, что хочет в туалет. А учительница была молодой и неопытной, до конца урока оставалось всего каких-то 15 минут, и она не разрешила. Через 5 минут Он понял, что терпеть больше нет сил, и… предательская струйка потекла по штанине.

Испуганная училка вместе с Ним вышла в коридор, довела его до туалета, хотя в этом уже не было необходимости, и, не зная, что делать, просто отпустила Его домой. Что стоило Ему на следующий день прийти в школу, в свой класс – этого не знал никто. Маме про тот случай, конечно же, Он не рассказал. Он вообще почти ничего не рассказывал матери. Впрочем, мальчик и видел-то ее редко – она днем работала, а потом училась на вечернем отделении в университете. А в выходные устраивала свою личную жизнь – искала себе нового мужа, поэтому Он все время – все свое свободное время – был с бабушкой и дедушкой. Которые, впрочем, тоже не особо баловали внука своим вниманием. А мама, даже когда привела в дом нового папу, все равно уделяла внимания только Его дневнику и тетрадям, но Ему самому – гораздо меньше…

Удивительно, но на следующий день в классе никто не вспомнил про вчерашний конфуз. Почти никто. Кроме одного мальчика. Который глядел на него, и нагло усмехался. Нет, он ничего не говорил, но его усмешка Его взбесила. Он ничего ему не сказал. А через два дня этот нагло улыбающийся мальчишка внезапно попал в больницу с острым приступом аппендицита. А поскольку был праздник и медики что-то там отмечали, то выпивший чуть больше нормы хирург при удалении аппендикса нечаянно задел скальпелем мочепровод. С тех пор мальчик стал инвалидом, и у него из живота все время торчала трубка, по которой стекала моча, ибо писять, как все, этот мальчик никогда больше не мог. Мальчишки из его двора дразнили несчастного Краником и ни его родители, ни родители его обидчиков ничего не могли с этим поделать.

До третьего класса Он проучился в одной школе, а вот в четвертом классе его родители получили, наконец, квартиру, как тогда говорили, кооператив – и мальчика перевели в новую школу, которая была прямо рядом с его новым домом. В самом доме Его ровесников почти не было, поэтому и друзей не было тоже. Да, впрочем, Он никогда ни с кем не стремился дружить.

В школе найти друзей у Него тоже не получилось – новенького сразу же поставили в положение "белой вороны". Хотя на самом деле Он таковой и являлся – целые выходные вместо того, чтобы гонять с мальчишками в футбол, просиживал в библиотеке, на уроках под партой у него всегда была книга, и Он прямо во время урока зачитывался уже более взрослыми книгами – после книг про индейцев или путешествий вокруг света за 80 дней настал черед фантастики – Он начал с Беляева и очень быстро дошел до Азимова и Желязны. И стоило учителям поднять его и спросить по теме урока – мгновенно отвечал, после чего садился на место и моментально погружался в чтение. Точно так же непонятно вел себя Он и в так называемой общественной жизни класса – на субботниках и воскресниках держался особняком, в сборе макулатуры участвовал, но постоянно подряжался на погрузку, где часами не столько грузил макулатуру, сколько выискивал в тоннах бумаги интересные книги и журналы, которыми набивал и без того разбухший от книг портфель.

Одним словом, отношения с классом у Него сразу же не сложились – мальчишки его задирали, девчонки не воспринимали всерьез. Тем более, что Он не отличался высоким ростом, наоборот – был одним из самых маленьких в классе и на уроках физкультуры всегда стоял самым последним в строю мальчишек.