Потом наступила тишина. Страшная тишина, пугающая до икоты. Я зажала крестик в кулаке, да так сильно, что аж побелели костяшки. Безумно вращая глазами, попыталась вылезти из под лавочки. Ноги не слушались, трусились и подгибались.

Где мой Костя? Где мой Костя? – пульсировало в голове. Кое-как я встала на колени и осмотрелась. Я увидела Костю. Он был рядом, лежал на боку. Окликнула его шепотом. Тишина. Я громче. Нет ответа. Думаю, может он не слышит? Может контузило или сознание потерял? Подползаю поближе. Непроизвольно, сама того не замечая, видимо от волнения, то и делаю что вытираю кровь с лица, размазывая ее по рукам и подбородку.

– Костя, – шепчу срывающимся голосом.

Так страшно, что слова застревают в пересохшем горле, как таблетка проглоченная без воды. Молчит мой Костя. Легонько трогаю его за руку, такую родную, такую любимую. Своей кожей чувствую каждую черточку на его ладони. Подтягиваю его на себя, он разворачивается, и всем телом откидывается на спину.

Его глаза… Я чувствую как мое сердце начинает стучать где-то в ушах. Его глаза цвета весеннего неба смотрят в пустоту, смотрят в вечность.

Я сидела рядом с ним, и уже не слышала ни криков, ни взрывов. Дрожащей рукой касалась его мягких взъерошенных волос, щетинистой щеки, пухлых губ. Его белая льняная рубашка полностью пропиталась кровью. Я положила руку ему на грудь. Тихо. Мне так нравилось касаться его атлетически сложенного торса. Мышцы играли под моей ладонью, сердце стучало как сумасшедшее, но вдруг оно замолкло. В тот момент мне казалось, что грудная клетка треснет от переполнившей меня боли. Я положила свою голову ему на грудь, обняла за талию. Тихо… Так тихо… Я прежняя умерла вместе с ним, с моим мужчиной, с моим Костей.

Громко запищал вскипевший чайник, тем самым вырывая меня из воспоминаний. Хватит! Не могу больше причинять себе боль! Я на пределе, еще пару таких дней и я сломаюсь. Надо сегодня позвонить друзьям. Они предлагали пожить в их квартире, может это вовсе и не абсурдная идея, как показалось сначала? Скорее даже отличная идея! Не могу больше так!

Я быстро переодеваюсь, и даже не собрав волосы в хвост, выскакиваю из квартиры. Дверь захлопнулась с тоскливым скрипом "уходи", и я пошла.

Сырой ветер хлестнул по лицу и больно дернул за распущенные волосы. Я отступила под козырек крыши и натянула на голову капюшон. Накрапывал мелкий дождь. Наклонив голову, что бы мелкие капли не намочили лицо и челку, побежала через дворы к остановке.

Чем ближе я подходила к остановке, тем тяжелее становились мои ноги. Что происходит?! За прозрачной пластиковой стеной стояла та же пара, и тот же юноша. Мужчина с женщиной спорили, а парень слушал плеер. Я заранее знала каждый их жест, каждое слово брошенное друг другу.

Стало не по себе, и я остановилась. А юноша? Он стоял как ни в чем не бывало! Ни за него ли не так давно развернулась борьба между потусторонними силами? А не так давно, это когда по нашему времяисчислению? Вчера? Сегодня? В прошлой жизни? В параллельной реальности?

Он жив. Здоров. И слава Богу! Стоит весь такой важный.

Я коснулась пальцами виска, кровь бешено пульсировала под тонкой кожей. Наверное, давление поднялось. Удивительно было если бы оно не поднялось! Ну, и дела…

Неужели ему сейчас станет плохо и он упадет? Я подошла поближе. Ничего. Непроизвольно покосилась за спину – никаких крыльев. Смешно. Я облегченно выдохнула. Парень заметив внимание к своей персоне улыбнулся. Вдруг он пошатнулся, меня аж передернуло! Оступился. Что-то приближалось… какой-то шум… Я напряглась всем телом, и в этот момент… перед нами остановился автобус.

Глава 3.

Друзья отдали в мое распоряжение целую квартиру, а сами укатили на время в деревню. Квартира была хорошая, теплая и уютная, а главное, она находилась на другом конце города. Все здесь было чужим: люди, дворики, магазины. Все! И это было хорошо.

Сегодня был выходной, не хотелось никуда идти, и я целый день провела в комнате, рассеянно глядя то в окно, то перелистывая страницы легкого, незамысловатого романа.

Окно было большое, почти на всю стену, с очень широким подоконником. Как я любила такие окна! У меня в квартире тоже такие… Окна, впускающие мир в наш дом. Мир с его шумом и красками, с его жизнью. Летом – это солнечный водопад и манящая зелень; осенью – буйство красок соседнего парка, проливной серый дождь и длинные ночи. Зима… Зимой – полуобнаженные деревья, песни метелей и слепящий снег. И, наконец, весна. Пряная, нежная, скромная, подобная юной девушке.

Я грустно вздохнула, и провела пальцами по стеклу. Да, сейчас не весна, сейчас осень. Не красивая, яркая, безбашенная, а серая, мрачная, одинокая. Именно одинокая. Ссутулившийся одинокий город, одинокие прохожие жалко кутавшиеся в свои пальто и куртки, и черные фигуры деревьев нехотя покачивающиеся от порывов ветра.