Но Гром не сдавался, он продолжал палить из раскалённого почти до бела ствола. Скорость его стрельбы была низкой, но всё же он пытался найти брешь в обороне противника. Рядом с Громом стояла Молния, держа перед своим лицом ладонь с двумя выпрямленными пальцами, на кончике которых очень ярко светилась способность девушки.

Объяснений мне никаких не надо было, враги и так уже были подсвечены красными маркерами, так что мне оставалось просто направить в их сторону оружие. Что я и сделал. Последний выстрел полностью разрядил экспериментальное вооружение, из-за чего оно даже отказалось снова складываться в коробочку, но сейчас это меня не волновало.

Вместе с моим выстрелом, точнее, мгновением после Молния также применила свою способность. Плазменное оружие тут же пробило тоненькую брешь в куполе противника, но на большее его не хватило, да это и не надо было. С треском и грохотом способность девушки устремилась в эту щель, проникнув через неё за мгновенье до схлопывания, а после начала убивать всех, кто оказался заперт внутри.

— Молодец, — похлопал Гром девушку по плечу.

— Старалась, — медленно кивнула девушка и рухнула на одно колено, удерживая своё туловище с помощью упора в виде своего автомата.

— Внимание всем, кто остался стоять на ногах после орбитального удара! — снова голос Грома начал разрывать мою голову на части. — Рассредоточиться и добить остатки противника! Найти всех раненных и убитых и доставить к бронетранспортёру! Выполнять!

— Победили? — выполз из машины Пульсар без шлема, на лице которого красовалось истинное изумление.

— Победили, — повернулся к нам Гром, деактивировав свой шлем, а потом гневно глянул на меня. — А с тобой у меня будет отдельный разговор.

Глава 6 ​

Битва закончилась… Успешно? Наверное, так, если учесть соотношение потерь, а эта цифра в современных реалиях просто колоссальна! Противник понёс просто огромные потери, когорта Грома перемолола не без моей помощи около пяти тысяч тварей, это если округлить в меньшую сторону, система так и не смогла подсчитать точно до самого конца — много разорванных конечностей и отдельных фрагментов тел. С нашей стороны было потерь в разы меньше, но всё же если сравнивать качество бойцов… Один наш сотню обычных стоит, но всё же мы потеряли двадцать два человека убитыми, тридцать четыре тяжело раненными, которых надо было срочно доставлять на фрегат, более пятидесяти легко ранеными, которые по очереди лечатся в бронетранспортёре. И это из двух сотен присутствующих. Мы превосходили противника по качеству и мастерству на голову, но всё же тяжело отделались, их было слишком много.

— Надо забрать тела, — мрачно говорил Гром, осматривая тела двадцати двух укрытых тканью героев, — не гоже им быть захороненными на планете противника, необходимо заморозить и передать родным и близким. Это наш долг.

— Хорошо, — кивнула Молния и пошла отдавать соответствующие распоряжения старшим девяткам, группам из девяти человек.

Гром проводил взглядом свою сестру и повернулся в нашу сторону. Взгляд его был скорбным, ему было тяжело терять товарищей, ещё тяжелее терять друзей, а все таковы в его когорте, он их считал своими братьями и сестрами, вместе с ними закалялся в сотнях боев.

— Первые потери? — бросил я несколько хладнокровный, наверное, взгляд на тела павших, так как они лично для меня никем не были, просто сражались со мной на одной стороне.

— Не первые, но впервые так много, — прикрыл глаза Гром, когда заметил мой взгляд, глубоко вдохнул, а потом снова взглянул на павших. — Понимаю, что в тебе сейчас говорит твоё воспитание, что тебе по большому счёту плевать на обычных людей, но прояви хоть немного уважения к павшим, хотя бы не смотри на них так, что тебе плевать… Как минимум тебя не поймут, так как не знают твоего прошлого.

— Хорошо, — пару раз медленно кивнул я, а потом, смотря на тела погибших, начал вспоминать про свою маму.

По сути, сейчас кто-то лишился своих детей, кто-то лишился своих братьев и сестёр. Они будут страдать и горевать так же, как я горевал, когда моя матушка погибла от неизвестного заболевания. Они реально заслужили, чтобы даже такая скотина, как я, хоть немного погоревал о них, ведь они сделали невозможное — сохранили жизнь мне, Лаки, Пульсару и учёному, который до сих пор не может прийти в себя. А это, если так посчитать, была очень и очень трудная задача, ведь вся эта куча явно бы нас не оставила в живых, а учёный был бы захвачен в плен, мы бы вчетвером, если вооружили бы профессора, точно бы не отбились от такой свары тварей… А две сотни, около двух третей когорты смогли.

— Спасибо, — похлопал меня по плечу Алекс, а после повернул в сторону небольшого островка спокойствия, где не было ни живых людей, ни трупов и повёл меня туда. — Рассказывай, как вы в такой заднице оказались.