Читаем Военный разведчик полностью

А бойцы Лёши Камина, кроме демонстрационной задачи, будут еще и обеспечивать нашу эвакуацию и прикрытие. Если понадобится. Как только мы начнем работать, скрывать наше присутствие станет бессмысленным. Правда, работать мы начнем только в кишлаке, где находится полковник. Захват его помощника должен пройти тихо, без шума и пыли. Таков был замысел.

Не самый лучший замысел. Хорошо еще, что прикрывать нас будет Лёша со своими бойцами. Мне нравится с ним работать. Удивительно спокойный и надёжный человек. Смелый, до безрассудства. Если нужно спасти друга. За ним каждый чувствует себя, как за каменной стеной. А в бою это дорогого стоит.

Лёшка учился в Уссурийском суворовском училище вместе с Игорем Овсянниковым, моим однокурсником по Моспеху. Московским пехотным мы, не без гордости, называли своё высшее общевойсковое командное училище имени Верховного Совета РСФСР. Игорь был моим замкомвзодом на первом курсе. И Лешкиным другом по суворовскому училищу. Поэтому Алексей считает и меня тоже своим другом. Как говорится, друг моего друга — мой друг. Для меня это большая честь.

Год назад при проведении боевой операции был тяжело ранен командир взвода Джелалабадской десантно-штурмовой бригады. Выстрелом из противотанкового гранатомета ему оторвало обе ноги. Это был наш Игорь. Совсем недавно он начал ходить на протезах, поступил на истфак в Минский университет. Молодчина. Какая сила воли у парня! Я бы, наверное, так не смог. Лешка сильно переживает за Игоря. Да и за меня тоже. Ну, что я маленький что ли?!

До полуночи мы вышли к месту проведения засады. Ночь была лунная. Это здорово затрудняло наше выдвижение на задачу. Мы опасались ненужных свидетелей. Но маршрут движения был выбран безукоризненно. Ненужных встреч не было. Зато луна помогла довольно успешно скрыть наши следы.

В этот раз мы велосипед не изобретали. Дорога вилась серпантином среди невысоких скал. Мы знали, что на рассвете по этой дороге должны проследовать две машины с помощником полковника и его охраной. Поэтому просто навалили на дорогу несколько крупных валунов. Обвалы в горах случаются часто. Вышло у нас довольно правдоподобно. Нужно было, чтобы охранники вышли из машин. А еще лучше, если бы из них вышли и водители, и сам помощник полковника. Все они были нам не нужны. Живыми. Нас интересовали только машины. И желательно исправные. Без лишних дырок.

В небольшой промоине установили мину МОН-50 с радиовзрывателем. В этой промоине по нашим расчетам могли спрятаться при начале обстрела моджахеды. Не хотелось бы, чтобы они там долго разлёживались. Тем более, что осколки этой мины никак не могли зацепить ни одну из машин. Но мы умышленно создавали духам иллюзию безопасности, чтобы они покинули машины. В надежде, что при начале возможного обстрела окажутся в более надежном укрытии, чем обычные, небронированные автомобили. Искушали выгодой. Кто ж от неё откажется! Все знают о том, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Но при виде его об этом почему-то сразу же забывают. Старый, как мир, принцип канализации. Направь усилия противника в нужном тебе русле. Что мы и сделали!

Затем заняли свои укрытия и приготовились ждать. Ждать оставалось совсем немного. Через час в радиостанции раздался длинный сигнал нажатия на тангенту. Это был сигнал «Внимание, противник!». Наблюдатель докладывал о появлении машин. Начиналась работа. Все шло по плану.

Машины остановились перед самыми камнями. Тойота и наш УАЗик. Я был уверен, что они остановятся от валунов гораздо дальше. Так поступил бы любой человек, опасающийся засады. В машинах, видимо, таких не было. Слишком самоуверенные ребята! И хотя они немного проехали наши укрытия, нам это не мешало. Мы оказались в классической спецназовской позиции для удара. Сбоку и чуть сзади. Любой человек ожидает противника спереди. Территория пройденная считается условно более безопасной, чем та, которая ждет тебя впереди. Такая наивность нас просто умиляла.

Духи высыпались из машин и начали быстро расчищать дорогу. Не выставили наблюдателей. Даже охранения не поставили. Видно куда-то спешили. Так спешить можно только в одно место. На тот свет. И чего там все забыли?!

Мы сняли их с первого залпа. Как все-таки здорово работать с приемниками Р-255. У каждого бойца был приемник. Вообще-то он предназначен не только для получения команд и сигналов. Это поисковый приемник. При ночной высадке или десантировании командир группы включает на своей радиостанции радиомаячок. Группа по пеленгу находит его. Это очень удобно. И очень удобно для синхронного открытия огня. По своей приемо-передающей радиостанции я сказал только одно волшебное слово: ««Хоп!». Вся группа открыла огонь одновременно. У каждого моего бойца была своя цель. Всего одна. Сделать это было совсем несложно. Мы не слышали выстрелов. Приборы бесшумной беспламенной стрельбы на автоматах приглушили звуки выстрелов. Но каждый сделал по своей цели обычные три выстрела. В голову. В грудь. И живот. Так нас учили.