Читаем Водоворот Молний полностью

Я не знаю сколько времени мы сражались. Прошло десять минут или несколько часов? Знаю лишь то, что это было первым сражением в этом мире которое заставило меня выложиться на полную. Да, я был ослаблен ритуалом, но само ощущение сражения на пределе своих возможностей вызывало радость и удовлетворение. Мое лицо было немного испачкано в собственной крови из-за того, что один из взмахов прошелся в опасной близости от моего лица и лезвие задело бровь, а взмахи и выпады не оставили на моем теле и живого места. Одежда превратилась в лоскутки. Саске тоже была истощена, одежда разорвана, а ее взрослое, женственное и в тоже время сильное тело едва ли прикрывали ее достоинства после ритуала. Левая рука висит безвольной куклой из-за ее попытки голой рукой заблокировать удар моего молота. Несколько ссадин, царапин и порезов от копья неохотно заживали. Мои раны тоже заживали, но также очень медленно. Одно из последствий нарушения табу и правила моего наследия, но кто сказал, что один лишь я владею регенерацией? Курама немного помог мне своей чакрой, так как ощущал, что близиться завершение этого сражения. Саске положила правую руку на левое плечо и насильно вправила его, с множествами хрустов костей заставила левую руку продолжать сражение.

Бросать в нее копье не имело смысла. Вместо этого просто снесу ее своим молотом в момент пересечения наших ударов. Последние сближение. Моя атака прошла успешно. Я снес ее молотом, но я не сразу смог понять, что это была ловушка. На меня наложили иллюзию в момент пересечения атаки. Я читал в архиве, что Учиха способны накладывать иллюзии через простой зрительный контакт. Я видел то, что хотел видеть, отчего я пропустил прямой выпад лезвия прямо в свое сердце.

— Теперь… теперь! Мы в расчете! — она все еще улыбается, тяжело дышит и ожидает похвалы за свое достижение. Ведь, в прошлом я ей сказал, что она никогда не сможет меня победить и эта жажда доказать свою значимость и силу превратилось в одержимость победы любой ценой. В ее голове не проходила даже мысль о том, что нечто подобное может убить меня, но это вовсе не так.

Молот с грохотом брякнул о землю, а слабость навалилась на тело с новой силой, кровь подступила к уголкам губ

— М-молодец… Саске… — чуть коснулся ее щеки и заправил локон за ухо. Она медленно осознает происходящее, отчего ее выражение детской радости начинает быстро сменятся шоком, неверием и страхом. Я упал спиной вперед, а мое сознание погрузилось во тьму.

Я попал в свое подсознание. Оказался прямо перед решеткам биджу и попросил его подождать с моим лечением.

— Наруто, если ты слишком долго будешь находиться в полумертвом состоянии, то есть вероятность того, что ты на самом деле можешь умереть.

Я краем глаза видел, что мое подсознание разрушалось и истлевало. Погружалось постепенно во тьму.

— Одна минута. Я должен убедиться в том, что эта Учиха получит этот так называемый «Мангекё». Все же, я так понимаю, что у Учиха именно чувства являются главным атрибутом получения новой формы сил глаз. Я не думаю, что ее шаринган регрессирует только из-за простого факта, что я на самом деле не умер. Важен лишь этот самый момент.

— Почему ты так многим жертвуешь ради нее?

— У меня к тебе встречный вопрос, Биджу. А чем бы ты пожертвовал ради того, кто понимает тебя и является твоим преданным другом?

— Многим.

— Какое забавное слово. Ты ведь и сам идешь на уступки и помогаешь мне явно не из-за того, что я просто сильнее тебя, не так ли? Ты проявляешь ко мне симпатию несмотря на то, что я — твой тюремщик, а ты — мой заключенный. Почему ты помогаешь мне, Курама?

— Потому что ты всегда честен. Не только по отношению к другим, но и к самому себе.

— Тогда, ты должен прекрасно понимать, что именно для меня значит эта «Учиха». Я знаю, что у тебя довольно-таки плохое прошлое с этим кланом, но она не из тех, кто пойдет против нас. По крайне мере добровольно. Это событие является исключением из-за того, что она переживала по своей сути свое новое рождение. Любое существо которому даруют невероятную силу в первую очередь решит узнать свои возможности и пределы.

Я очнулся там же, на поле сражения. Курама передал, что прошла минута после моей «смерти» и что мне лучше в ближайшее время не повторять этот трюк. Саске сидела на моем животе, приложила лоб к моей груди и банально плакала. Ведь, это был не тот итог, что она желала.

— П-пожалуйста… Очнись… Я не хотела этого… Я больше никогда не позволю этой силе взять надо мной вверх, поэтому, пожалуйста…!

Она поднимает голову и встречается с моим взглядом. В радужке ее глаз я вижу совершенно иной рисунок шарингана шестиконечная звезда переплетенная друг с другом линиями. Мгновение и зрачок становится совершенно обычный. Она обнимает меня, обхватывает ладонями за затылок и чуть приподнимает над собой. Она еще больше начала плакать.

— Аргх, хватит плакать, девчонка! У меня все тело болит между прочим, а ты еще и сидишь на мне…!