Читаем Водный Мир полностью

Нет, одна я не справлюсь! Хоть возвращайся в Нижний Мир. Но это невозможно: ведь я обещала древогнёздам вернуться только после того, как найду Горбалса и Винга. Может, они поймут, если я объясню, что попробовала, но у меня ничего не вышло… или не поймут? Быть может, они приняли меня только потому, что считали своей спасительницей, и не возьмут обратно, когда убедятся, что я никто? Я ведь почти ничего не сделала толком. Я ещё даже и не пыталась. Но как, как мне найти Горбалса и Винга, как спасти их и всех остальных рабов, как погрузить их на корабль?! Наверное, я была не в своём уме, когда бралась за всё это…

Но если не она, то кто?! Горбалс и Винг навсегда останутся рабами. И все остальные тоже — все отобранные полицией беженцы и схваченная водяная шпана. А потом океан снова поднимется, и островок древогнёздов уйдет под воду, а вместе с ним и все её друзья. А Мара останется в Нью-Мунго до конца своей жизни или до тех пор, пока её не обнаружат и не вышвырнут из города. Выходит, надо продолжать борьбу — ей терять нечего.

Кроме жизни. Одной-единственной незначительной жизни среди тысяч других погубленных жизней.

Но это её жизнь, и она вовсе не кажется ей незначительной. Наоборот, это самое лучшее, самое ценное, что у неё есть. И всё же она готова рисковать этим главным и лучшим ради того, чтобы помочь друзьям. Потому что иначе она не умеет. И ещё — теперь она точно знает, что на свете возможно всё. Целый мир может погибнуть в водах океана. Люди могут жить в лодках и на деревьях. Дивный новый мир может вырасти на обломках старого, и его обитатели могут жить в довольстве, окружённые чудесами науки, даже не подозревая о том, что совсем рядом гибнут тысячи таких же, как они.

Возможно всё. Может случиться всё что угодно. Значит, и я могу придумать, как их спасти.

Ну, а пока что надо пережить еще одну ночь. Для этого мало спального стручка и убаюкивающего голоса люмена, Маре ужасно не хватает человеческих рук — рук друга, который обнял бы её и утешил. Однако вокруг — никого. Тогда остаётся только одно, последнее средство.

История. Мне нужна хорошая история.

Где-нибудь в Ноо-пространстве должна найтись история, которая успокоит и приободрит, поможет хоть на время позабыть страхи и тревоги. Мара с тоской вспоминает закатный костёр, Горбалса, ведущего неторопливый рассказ, и широко распахнутые глаза древогнёздов, жадно впитывающих каждое его слово. Мара утирает слезы и решительно отмахивается от воспоминаний. Потом надевает видеофон и проваливается в пестрый калейдоскоп Ноо-пространства.

Она ещё только учится управлять своим голосом так, как это делают остальные сталкеры в киберсобе. Не очень уверенно меняя тональности, она с грехом пополам добирается до платформы скорой помощи.

— Мне нужна история, — сообщает она немедленно подскочившему к ней маленькому поисковому шару, который выглядит как блестящий сгусток электронной энергии.

Блестящий шарик подлетает высоко в воздух и взрывается на множество сверкающих осколков — электронных сыщиков, разлетающихся по тончайшим информационным волокнам Ноо-пространства. Спустя несколько секунд все осколки, как по команде, стягиваются назад, вновь образуя шар. Они уже провели поиск.

— Астория, ноо-кафе в секторе Аркадия, — докладывает шар.

— Нет. И-с-т-о-р-и-я, — по буквам произносит Мара. — Знаешь, «давным-давно…»?

Поисковый шар снова взрывается.

— Выдумка, ложь, — предлагает он через пару секунд.

— Нет, — вздыхает Мара, — Попробуй книгу.

— Книзу?

— Книгу! К-н-и-г-а.

Поисковый шар разлетается и на этот раз отсутствует значительно дольше обычного. Наконец осколки возвращаются и снова стягиваются воедино. Мара с надеждой смотрит на шар.

— Несуществующее слово, — сообщает он.

— Мне просто нужна история, — вспыхивает Мара.

Тут она замечает удивленный взгляд охранника у входа и понижает голос.

— Историю, — упрямо просит она. — Ни за что не поверю, что во всём Ноо-пространстве не найдётся ни одной завалящей истории. Пусть будет какая угодно: сказка, страшилка, приключения, любовный роман… Выбирай сам. Я хоть всю ночь здесь просижу. Только найди мне историю.

— Скалка, — не менее упрямо предлагает шар. — Истолкование, истома, источать…