— Напишите здесь ваше имя и номер удостоверения личности, — сказал я чуть более расслабленно. — И никому ничего не говорите — ни на работе, ни дома. Это тайна следствия.

— Можно подумать, мне кто-то поверит… — недовольно пробурчал он.

Затем снова уселся на мопед, неведомым образом уместившись на крошечном сиденье, и его как ветром сдуло.

Оставшись в урочище один, я включил планшет и увидел на экране открытый персональный чат.

«Здравствуй, дорогой Кракен. Очень сожалею, что пришлось ударить тебя по голове».

Я принял приглашение и начал писать.

«Ну и сильна же ты для своих шестидесяти с чем-то…»

«Следствие того, что ты меня недооценивал».

«Ясно. Этого больше не повторится», — пообещал я ей. А заодно и себе.

«А еще мне жаль, что пришлось прибегнуть к такому специфическому способу пообщаться. Но я не могла допустить, чтобы вы меня задержали. Ничего хорошего меня не ждет».

«Чего ты хочешь?» — спросил я.

«Помочь, несмотря ни на что. Помочь».

«Помочь в чем, Голден?»

«Вы должны остановить Ребекку. Я хорошо ее знаю. Она не остановится».

Ребекка?

Почему Голден говорит о Ребекке так, будто та жива, если бедная девочка была убита в 1993 году?

46. Амстердам

9 января 2017 года, понедельник

«Итак, давай с самого начала, и как можно более подробно — ты и так сломала мне несколько схем. Во-первых, ты была тетей Ребекки. До этого мы докопались сами».

«Это уже достижение, — написала она. — У вас в команде хорошие ребята; не думала, что вы когда-нибудь это раскроете».

«Еще одно очко в пользу Милан», — подумал я. Но промолчал: той Голден, которую последние дни я только-только начинал узнавать, не хотелось давать ни единой наводки.

«Теперь твоя очередь, — надавил я. — Что ты можешь рассказать о Ребекке и ее исчезновении?»

«Ты знаком с моим зятем Саулем. С него все начинается и им же заканчивается».

«Только не говори, что для тебя он тоже был Синей Бородой».

«Подожди, пока я все тебе расскажу, и сам сделай выводы, Кракен».

«Отлично, начинай», — сдался я.

«Моя сестра Асунсьон погибла при весьма сомнительных обстоятельствах. Я всегда была убеждена, что именно Сауль толкнул ее в колодец, хотя у меня нет ни малейшей надежды на то, что через столько лет вы сможете доказать его вину и посадить. По крайней мере, я могу остановить кровопролитие, которое началось по его вине».

«То есть все началось по вине Сауля…»

«Это долгая история».

«Чем скорее ты начнешь…»

«Ладно. У Сауля и Сары, его старшей сестры, всегда были странные отношения. Они принадлежали к одной из коренных семей в Сантильяна-дель-Мар, о них много чего поговаривали… Мать, в последние годы жизни больная и сломленная, как это нередко случалось с женщинами в прежние времена. Отец, человек жесткий и не в меру религиозный, тоже из тех, что встречались раньше. Спартанские условия, библейские имена, воскресные двенадцатичасовые мессы… Умерли они довольно рано, надо заметить. Брат и сестра в этих обстоятельствах очень сблизились, и никто не мог сказать, почему Сауль приударил за моей младшей сестрой. В то время она была совсем еще ребенок — развилась довольно поздно. Тем не менее сестра тоже была очарована Саулем, как и все девчонки в деревне. Они поженились совсем юными и родили Ребекку в восемнадцать лет».

«Очень интересно».

«Сауль полностью отрезал мою сестру от остального мира — он был не только очаровашкой, но и ужасным собственником. Оторвал ее от меня и моей семьи. Оправданием была Ребекка, всегда и всюду Ребекка. Я часто бывала в их шале, навещала сестру и племянницу, почти всегда по секрету от Сауля. Он меня недолюбливал, как и всю нашу семью. Иногда я думала о том, чтобы плюнуть и оставить их в покое, но я ему не доверяла. Я не доверяла позолоченному миру Сауля, той идеальной жизни, которую он пытался перед всеми представить».

«Почему, Голден?»

«Сейчас объясню. После смерти сестры я продолжала общаться с Ребеккой, почти всегда за спиной у Сауля. Я была ее крестной матерью, и мы всегда были очень близки, удавалось мне повидаться с ней или нет. Потеряв мать, девочка сильно страдала, но была очень привязана к отцу. Тот изолировал и ее. Между Саулем, Ребеккой и Сарой сложились нездоровые отношения, Сара превратилась в ее вторую мать и была с ней очень строга. Девочка обладала богатым воображением, а отец забивал ей голову образами из древней истории, обрядами, магическими местами. Ребекка пряталась в воображаемом мире, погрузилась в книги, которые заставлял ее читать отец, чтобы заслужить его похвалу. Без моей сестры их отношения стали очень странными».

До сих пор я был согласен с Голден. Я замечал это и в лагере: взаимозависимость, постоянная привязка друг к другу…