Читаем Водители полностью

Поляков вспомнил, каким событием было появление здесь первых советских автобусов. Затем, уже перед войной, все население выходило любоваться красавцем ЗИС-16. А вот теперь если до осени успеют заасфальтировать дорогу, то к Октябрьским праздникам можно будет пустить новый дизельный автобус вагонного типа.

Куда ни вглядывался Поляков, он всюду находил следы работы своей автобазы. Строительство шоссе – прошлую осень на подвозке материалов работали ее машины. Электростанция – они доставили ей турбину. Новые здания совхоза – они возили сюда лес. На полях работали тракторы – они привезли запасные части. Элеваторы – скоро будут возить сюда зерно. Незаметна работа автомобилиста, но он должен замечать все; мало кто им интересуется, но он должен интересоваться всем.

Все чаще и чаще попадались машины. Двигались поношенные колхозные «газики», прошла колонна Союззаготтранса, промчался ярко раскрашенный автобус дома отдыха, за ним несколько машин с солдатами. Прошли машины касиловской автобазы, своей франтоватой окраской выделяясь среди других. Резко сигналя, обогнала автобус новенькая обкомовская «Победа». На самом въезде в лес Поляков увидел четыре свои машины; они возвращались из Воронежа и шли, мощные, удлиненные прицепами, соблюдая интервал, как военная колонна на марше.

Дорога пошла лесом, по широкой просеке. Поляков с наслаждением вдыхал свежий, смолистый запах сосен. Высокие деревья стояли неподвижно, но ему казалось, что сквозь шум машины он слышит шелест верхушек, тревожное воронье карканье, монотонный стук дятла, долбящего сухую коричневую кору. Он думал: удастся ли ему сдать касиловскому станкострои-тельному заводу заказ на оборудование для новых мастерских? Это было конечной, но не единственной целью его поездки. Надо заехать на кирпичный завод, там сегодня осваивается предложение Королева: грузчики сняты с машины и стоят на конечных пунктах.

Первая остановка – районный центр, село Захарово. Автобус спустился к реке, миновал длинный деревянный мост с шатающимся настилом и, натужно ревя мотором, поднялся по крутой булыжной мостовой, вдоль которой лепились первые домишки предместья, ниспадающие к берегу огороды и сады с кустами низкорослого колючего крыжовника и пышной зеленой смородины.

Стоянка – три минуты. Шофер выскочил из кабины, быстрыми затяжками торопливо куря папиросу. Сменились пассажиры. Поляков сошел. Кондукторша кивнула ему на прощанье. Автобус умчался.

Маленький пассажирский павильон стоял на базарной площади, окруженной со всех сторон коновязью – длинными серыми бревнами, уложенными на короткие, врытые в землю столбики. У прилавков толпились женщины. Высокие бидоны молочниц блестели на солнце. Мясник рубил мясо на колоде, усеянной белыми осколками костей, красными кусочками говядины. На противоположной стороне шоссе размещалась заправочная станция с двумя выкрашенными в красную краску бензоколонками, увенчанными матовыми стеклянными шарами.

Валя Смирнова стояла у входа в павильон. Она была в своей старой кондукторской форме, но с красной повязкой на рукаве – знаком линейного диспетчера.

– Ну, как дела, Валюша? – спросил Поляков, разглядывая осевшее, в выцветшей зеленой краске здание павильона и прикидывая, скоро ли придется его ремонтировать.

Операторская будка – это продолжение диспетчерской, ее передовой пост, выдвинутый на трассу. Оператор регулирует движение машин на линии сам или по указаниям диспетчера. Без этого звена, связывающего отдел эксплуатации с шофером, четкая работа машин была бы затруднена: жизнь вносит поправки в самый совершенный план.

Валя доложила Полякову о событиях на линии. На кирпичном заводе все тридцать машин работают бесперебойно. Машины на Москву, Касилов и Зоболочино прошли точно по расписанию, но одна машина задержалась в Сухачах: не хватило горючего. Валя послала двадцать литров с попутной машиной. На захаровской трикотажной фабрике не успевают грузить четыре машины; она оставила там три, а четвертую переключила на лесозащитную станцию. Больше никаких происшествий на линии не было. Телефонная связь с базой тяжелая – трудно вызывать через район.

– Михаил Григорьевич, – сказала Валя, – тут приезжал начальник вокзала Загряжск-два, у них продается коммутатор на двенадцать точек, старенький, правда, но в полном порядке.

– Хорошо, передайте Смолкину телефонограмму, пусть он сегодня посмотрит этот коммутатор.

– Он недорого стоит.

– Тем лучше, вернусь – купим.

Поляков ничем не выдал своего удовлетворения работой девушки. Такая не нуждается в похвалах. Шестьдесят машин на этой трассе, а она не теряется, словно всю жизнь работала диспетчером.

– А как порожние машины? – спросил Поляков.

Валя регистрировала порожние машины, независимо от того, кому они принадлежат. Поляков хотел загружать их попутным грузом. Это сулило большие доходы.

– Вот, – Валя протянула Полякову аккуратно разграфленную, исписанную мелким четким почерком ведомость, – туда и обратно проходит до сорока порожних машин в день.