А сейчас я лягу спать с пакетиком орешков в кровать. И, если не суждено мне проснуться и встать, не сомневайтесь, что я умерла от... обжорства.

Умереть не проснувшись. Замечательно.

Это МИР делает со мной такое. Хочет, чтобы мне лезли в голову ужасные мысли – вот почему он заставил меня лечь здесь.

Интересно, сколько уже прошло времени?

Наверное, не больше минуты или двух.

Эти полчаса будут длиться целую вечность".

Шепотом Джейн начала напевать:

– Сто бутылок пива на стене, сто бутылок пива...

Она осеклась, испугавшись, что ее голос помешает услышать приближение МИРа.

"Он обязательно придет, – заверяла она себя. – Должен. Вопрос лишь в том, когда – и что будет делать, когда явится.

Тихо положит конверт на ворох одежды и незаметно уйдет прочь?

Но что, если это действительно цель всего этого? Что, если смысл всей Игры заключался в том, чтобы заманить меня сюда? Ведь здесь никто не услышит моих криков. Здесь, в этом гробу – постели МИРа? Что, если все сводится к тому, чтобы изнасиловать меня, поиздеваться и убить?"

Она вдруг вспомнила о пистолете.

Подарок от самого МИРа. Так что воспрянь духом, дружище. Не на погибель ты здесь. По крайней мере не от руки МИРа.

Сунув руку под подушку, она нащупала пистолет и вытащила его. Ощутив его стальную тяжесть и надежность, она вновь почувствовала себя в безопасности.

– Все просто замечательно, – успокаивала она себя.

Протянув правую руку с пистолетом вдоль туловища и опустив фонарик к левому бедру, она пошарила там и нашла ножик, который открыла и положила на живот. Теперь она могла быстро схватить его в случае необходимости, так что левую руку она опустила и зажала в ней фонарик.

Теперь оставалось лишь ждать.

Ждать под аккомпанемент тикающего таймера.

Собственно говоря, он даже не тикал. Что-то вроде «ток-ток-ток».

Это было биение его несчастного сердца!

Правильно, начинай вспоминать рассказы По, почему бы и нет? Замечательная мысль.

Начни с «Похороненного заживо». Вот-вот, великолепно.

"А что, если МИР надумал незаметно прокрасться, пока я здесь, закрыть гроб крышкой и заколотить гвоздями? Может, по соседству на кладбище уже ждет вырытая могила. Например, та, откуда был взят гроб.

Такого он со мной не сделает", – успокаивала она себя.

Надейся, надейся.

Сможет ли она застрелить его через крышку? Может быть. Пистолет был заряжен удлиненными винтовочными патронами 22-го калибра. Такими можно пробить дыру в деревянной доске дюймовой толщины. Но в крепкой и твердой древесине они могли и застрять. Все будет зависеть от крышки.

"До этого не дойдет.

Ничего он мне не сделает. Это всего лишь очередной ход в Игре. Сегодняшняя цель – заставить меня раздеться, надеть эту ночнушку и пролежать в гробу полчаса.

Только это и ничего больше.

Когда полчаса истекут, оденусь, найду конверт с деньгами и поеду домой".

Где-то поблизости скрипнула половица.

Глава 22

От звука скрипнувшей половицы мороз пробрал Джейн до костей; тело оцепенело, сердце бешено заколотилось, а руки судорожно вцепились в пистолет и фонарик. Она затаила дыхание, проклиная таймер, тиканье которого било по ушам, мешая прислушиваться.

«Старые дома издают массу разных звуков, – успокаивала она себя, – и этот одиночный едва слышный скрип еще не означает чье-либо приближение».

А ты уверена?

"Это МИР, – подумала она. – На подходе. Может, просто чтобы оставить конверт, или...

А что, если это не МИР!

Что, если это Рэйл, или тот мерзавец, которого она видела вчера, или еще Бог весть кто?

Сначала стреляй, а вопросы можно оставить на потом.

Замечательная мысль. А вдруг это окажется все же МИР? И я пристрелю курицу, несущую золотые яйца? Или какой-нибудь безобидный ребенок, или...

Да там вообще никого нет, – успокаивала она себя. – Этот шум ничего не означает. Никого здесь нет. Расслабься. Ложная тревога. Боже, как ты напряжена. Когда зазвонит таймер, чего доброго, отстрелишь себе палец".

Она попробовала представить, куда был нацелен пистолет, и решила, что непроизвольный выстрел не повредит ни одного пальца на ноге. Вместо этого, вероятно, могла пострадать икра и, быть может, костяшка, торчащая в конце лодыжки. Не говоря уже о том, что пороховые газы обожгут бедро.

Интересно, на предохранителе ли пистолет? Затем она попыталась определить, сколько осталось времени до того, как загромыхает таймер.

Внезапно ее ослепил яркий свет, она ахнула и, дернувшись, окаменела.

– Джейн!

Нет! Нет, только не Брейс! Из всех людей на свете... пусть хоть кто, но только не Брейс. Но это его голос произнес ее имя, Джейн была в этом уверена. Именно Брейс, и никто другой, стоял в торце гроба и светил ей в лицо.

– Черт возьми! – вскрикнула она и вскинула правую руку.

– Не стреляй! Это я!