Читаем Во славу империи полностью

Землянин снова приблизился к майору. Он сноровисто расстегнул форменный комбинезон на груди Саттора, затем приподнял штанины и рукава и закрепил на открывшихся участках датчики размером с горошину. Последние прилепил к вискам Рика, бросил на него непроницаемый взгляд и вернулся к столику.

— Готово, Ястреб, — сказал Иван. — Теперь господин майор может начинать делиться своими секретами.

— Спорное утверждение, — кривовато усмехнулся Рик и тут же застонал, когда голову сдавило огненное кольцо боли.

Она прошла так же внезапно, как и началась. Саттор медленно выдохнул и посмотрел в глаза Егору. Тот поджал губы, но взгляд выдержал.

— Твое имя, звание, с какой целью прибыл на Демос, — чеканно произнес Брато. — Отвечай.

— Вы всё это знаете. В этих вопросах нет смысла, — ответил Рик и зашипел, когда правую ногу свело болезненной судорогой. — Ч-щерт, — зашипел он.

— Каждая попытка уклониться от ответа на поставленный вопрос будет иметь последствия, — уведомил Ястреб. — Звание, имя, цель прибытия на Демос.

Саттор облизал губы. Он больше не глядел на своего друга.

— Звание, имя, цель прибытия на Демос.

— Майор КФ Геи Рикьярд Саттор, — сквозь зубы сцедил Рик. — Цель прибытия — усиление гарнизона Демоса.

— Хорошо, — одобрительно кивнул Егор. — Беседа может быть и безболезненной, не забывай об этом, майор.

— Пошел ты, придур… Мать… а-а! — вскрикнул Саттор, ощутив, как его грудь сжало в раскаленных тисках.

— Иван! — рявкнул Ястреб. — Какого черта? Я не задавал вопросов, почему его ломает?

— Вопрос — ответ, — произнес главный умник с катера Брато. — Любое сопротивление толкуется, как отказ отвечать. Майор показал сопротивление.

— Что б тебя, — буркнул Егор себе под нос и замолчал на некоторое время, обдумывая, какой вопрос задать следующим.

Он с тревогой смотрел на Рика. Приступ боли был коротким, и в сознании Саттор удержался. Он закрыл глаза и тяжело дышал. На бледном лбу выступили крупные капли пота. Взгляд Брато на мгновение задержался на приоткрытых губах Рика, сквозь которые было видно стиснутые зубы, услышал, как воздух прорывается сквозь них прерывистыми толчками, и закрыл глаза, больше не в силах видеть страдания друга.

— Неплохая штуковина, — отметил Инто. Он подошел к Ивану и теперь с интересом рассматривал экран, по которому бежали строчки символов и змеились ломаные линии, показывая, состояния майора. — Как называется?

Ответ Ивана Рик не услышал. Он, наконец, открыл глаза и снова смотрел на своего друга, вдруг превратившегося в мучителя. Брато хмурился, теперь он избегал взгляда Саттора. В конце концов, коротко вздохнул и повернул голову, все-таки заглянув в глаза своего спасителя. Егор болезненно покривился. После отрицательно качнул головой и произнес одними губами:

— Не смогу.

Саттор лишь усмехнулся. Он видел, что Егор готов сдаться. Ястреб сам был вымотан выбранной ролью. Ему не нравилось то, что он делал, но отступать было поздно. Слабость могла стоить жизни всей его команде, двум пленникам и самому Брато. Значит, он должен был довести свою задумку до конца, или не стоило начинать. И Рик ответил, не стараясь понизить голос:

— Что, придурок, вопросы закончились?

— Рик, — шепнул Ястреб, но майор продолжил:

— Я готов поговорить, если вернете девушку на объект. Ей нечего здесь делать. Она не обладает никакой информацией, ее взяли зря. У вашего нанимателя и без нее должны быть первоклассные спецы. Если он пригнал вас сюда, значит, знает, что скрывает Демос. А для наших ученых всё это одно сплошное открытие, потому Настя не сможет ответить на ваши вопросы: ни о действиях военных, ни о том, что скрывается под землей.

— А ты можешь ответить? — сухо спросил Брато, возобновляя допрос. Дольше отмалчиваться он не мог.

— Отвезите девушку на объект. Я хочу видеть, как ее высадят возле гарнизона или у охраняемой территории вокруг купола. В крайнем случае, возле поселения одичалых. Тогда я начну говорить. До этого момента рта не открою.

И система среагировала на отрицание. Ее удар был неожиданным и сильным. В животе полыхнул огонь, а затем боль, прокатившись лавой через грудину, взорвала голову испепеляющей вспышкой…

— Черт, черт, черт! — бесновался Брато. Он смотрел, как Рик содрогается в конвульсиях, и не знал, как еще излить злость и отчаяние. Наконец, тряска прекратилась, и Саттор затих, в очередной раз потеряв сознание. Егор ощущал бессилие. Смотреть на пытки было тяжко, осознавать, что это он причиняет другу страдания — невыносимо, и думать о том, сколько Рик еще продержится, оказалось страшно. — Иван! — заорал Ястреб. — Какого хрена?! Он так будет вырубаться, как только откроет рот?

— Он шантажировал… — начал его наемник, но Егор перебил:

— Перенастраивай! Еще немного, и толку с него не будет. Я не овощ хотел видеть, а человека в ясном разуме и с четкой речью. Меняй настройки!

— А мне нравится, — хмыкнул Инто.

— Пошел на хрен! — гаркнул Брато и медленно выдохнул, заставляя себя образумиться. — Прости… брат, — сквозь зубы сцедил Егор. — Просто бесит эта безрезультатная канитель.