Читаем Во славу империи полностью

Майор попытался сосредоточиться на предстоящем разговоре, но это привело к тому, что мысли опять свернули к Прыгунову, и Рик подумал, что было бы неплохо и вправду тормознуть раскопки, чтобы дать дочери профессора отоспаться и отдохнуть. Не удержавшись, Саттор все-таки снова посмотрел на Настю. Увидел, как она украдкой сцеживает зевок в раскрытую ладонь, и раздражение стало сильней. Захотелось высказаться на счет нерадивого родителя, но Рик сдержался, понимая, что этим может сжечь протянувшийся между ним и младшей Прыгуновой мостик. Не хотелось терять не только союзника в ее лице, но и доверия, так неожиданно появившееся между представителями двух противоборствующих на Демосе лагерей.

Рику тут же пришла на ум древняя пьеса, которую и по сей день любили поднять из забытья. «Ромео и Джульетта». Он невольно хохотнул от аналогии и покачал головой.

— Что вас рассмешило? — спросила девушка, отодвинув полупустой паек. Она снова взялась за воду и посмотрела на Рика.

Не желая говорить того, что было на уме, Саттор ответил первое, что пришло в голову:

— А вы говорили, что не пойдете со мной на романтический ужин из пайков. Однако первая заманили меня на него.

Настя приоткрыла рот, хватанула ртом воздух, а затем ощетинилась:

— Никуда я вас не заманивала! Сами пришли ко мне, вход в палатку своим телом перегородили, а я всего лишь пыталась быть гостеприимной.

— Да это же просто шутка, Настя, — опешил Рик. — Почему вы рассердились?

— Ваши шутки совершенно неуместны, — ответила девушка.

Она поднялась из-за стола, взяла паек и вышла из палатки. Саттор вышел следом, но увидел, что Настя просто выкинула полупустую упаковку в утилизатор и уже возвращается назад. Он отошел с прохода, чтобы пропустить раздраженную хозяйку палатки. Она прошла мимо, бросила на гостя угрюмый взгляд и вернулась к своему стулу. После этого демонстративно посмотрела на полупустой паек майор, зевнула и скрестила руки на груди, всем своим видом показывая, что Саттору пора уходить.

— Да что я такого сказал? — возмутился Рик. — Может неудачно пошутил, теперь расстрелять меня из-за этого? Что случилось?

— Ничего, — буркнула Настя и нахохлилась совсем как ее отец.

Саттор вернулся за стол, сел напротив, зеркально отобразив позу девушки, и задумчиво посмотрел на нее. Младшая Прыгунова была обижена, а еще раздосадована, и Рик никак не мог понять из-за чего. Ну, фыркнула бы, как делала до этого, а тут сама оскорбленная невинность. Или это усталость так действует? Скорей всего… Или… или он попал в точку? Ну, почти попал.

— Я вам… — начал майор и осекся, понимая, что вопрос, который вертелся на языке, может вызвать взрыв, и тогда точно прощай переговоры и доверительные отношения. Да и зачем было спрашивать о личном, когда он приехал сюда совсем с иной целью? Наверное, тоже усталость, раз вдруг расслабился и позволил себе увлечься хорошенькой девушкой. Не до этого. И Саттор перефразировал: — Я к вам не просто так приехал. Есть важный разговор. Действительно важный, Настенька. И я прошу вас выйти со мной за территорию «улья».

— Я вас и здесь готова выслушать, если у вас и вправду деловой разговор, — всё еще сухо ответила девушка.

— Здесь нас могут услышать, а речь пойдет о безопасности людей. Это очень важно.

Она с минуту сверлила майора суровым взглядом, однако сдалась и поднялась на ноги.

— Хорошо, идемте. Но если вы еще раз пошутите…

— Я — сама серьезность, — заверил Настю Саттор, и она направилась на выход из палатки.

Девушка шла впереди, не спеша обернуться на своего спутника, Рик не нагонял и не пытался привлечь внимания. Понимал, что ей надо остыть, а ему самому собраться с мыслями, вдруг улетевшими совсем в ненужную сторону. Майор поглядывал на напряженную спину Насти и сожалел, что и сам стал причиной, по которой она не могла лечь спать. Там ведь и папенька ее проснется и помчится на раскопки, а верная дочь следом… Но разговор откладывать было нельзя, и Саттор сосредоточился на цели своего появления, на время откинув жалость и сочувствие.

Из-под купола они вышли, по-прежнему не разговаривая. Но тут Рик нагнал девушку, и она остановилась.

— Ну? — спросила она, независимо поведя плечами.

— Пройдемся, — предложил ей майор.

Настя подняла взгляд на небо, где уже начали зажигаться звезды, и усмехнулась. Саттор на провокацию не поддался и «не вспомнил» о том разговоре, в котором поздняя прогулка поминалась вместе с романтическим ужином и пайками. Девушка расслабилась.

— Так о чем вы хотели со мной поговорить? — спросила она, снова бросив взгляд на небо.

Рик поднял голову, посмотрел на звезды, затем на мгновение прикрыл глаза и представил, что он стоит на лугу за отцовской фермой, и из конюшни доносится тихое лошадиное всхрапывание. За конюшней находится дом, где гостеприимно светятся окна, и в одно из них смотрит четырехлетняя девочка. Она высматривает своего старшего брата, ждет, чтобы он поглядел с ней сказку перед сном, которую покажет фея Розалинда — любимица обоих младших Сатторов. И сколько бы ее ни уговаривали лечь, она обязательно дождется…