Читаем Во мгле противоречий полностью

Одной из основных сторон учения Мичурина было применение межвидовой и межродовой гибридизации. Это направление работы Мичурин называл отдаленной гибридизацией. Принцип Мичурина был применен акад. Цициным, который задался целью получения отдаленных пшенично-пырейных гибридов. Однако уже упомянутый нами Г.Андреев в статье, критикующей работы Цицина, утверждал, что мичуринская отдаленная гибридизация есть гибридизация лишь географически отдаленных форм. Г.Андреев пишет, что при гибридизации "чаще всего лучше, если родители принадлежат к одному виду и даже разновидности. Иногда это могут быть различные виды. Чаще всего такие разные по требованиям к условиям развития родители являются (это и понятно) географически отдаленными формами. Отсюда и сам термин – "отдаленная гибридизация''. Разве это утверждение не означает ревизии мичуринского учения, когда Мичурин одну из глав своих "Принципов и методов работы" озаглавил "Об отдаленных (межвидовых и межродовых) скрещиваниях" и неоднократно подчеркивал, что для скрещивания следует отдавать "предпочтение при подборе пар растений – производителей более далеким в родственном отношении между собой разновидностям"?

Мичурин обогатил биологическую науку и сельскохозяйственную практику новыми приемами переделки природы растений: методом вегетативной гибридизации, методом вегетативного сближения перед отдаленной половой гибридизацией, методом ментора-воспитателя, который, будучи привит растению, направляет в необходимую сторону развитие молодого гибрида. Представители других делянок биологической науки, веруя только в свои приемы, с недоверием относились к работам Мичурина. Однако достижения Мичурина составляют прочный гранитный фундамент для последователей его работы по преобразованию органических форм. Более того, Мичурин требовал дальнейшего развития своего учения. Он писал; "Здесь, однако, я должен предостеречь вас, что в деле использования моих методов нужно постоянно смотреть вперед, ибо голое применение может превратить их в догму, а вас, мичуринцев, в простых копиистов и компилянтов. А это ничего не имеет общего с мичуринской работой, ибо основной мой метод состоит в постоянном устремлении вперед, в строгой проверке и перестройке опытов, в обзоре всего происходящего, в движении и изменениях".

Т.Д.Лысенко продолжил в своих работах лишь одно направление великого мичуринского дела. Он, в основном, уделял внимание методам направленного воспитания растений. Но это лишь часть громадного мичуринского наследства. И нельзя противопоставлять одно направление работ Мичурина остальным направлениям.

Т.Д.Лысенко недостаточно заимствовал у своего учителя чувство критического отношения к себе, к своим результатам, недостаточно усвоил предупреждение Мичурина, что "будущность дела выводки новых сортов плодовых растений должна заключаться не в том, чтобы удивлять людей сенсациями, а в том, чтобы дать им действительно улучшенное полезное и выгодное для культуры в сельском хозяйстве и поэтому все бесконечные шумихи, различные преувеличения результатов дела вредны и совершенно нежелательны". К таким сенсациям, несомненно, относится обещание Т.Д.Лысенко буквально "выискать" новые сорта растений за 2–3 года. Таково данное до войны обещание вывести за 2–3 года морозостойкую озимую пшеницу для Сибири, которая ничем не отличалась бы по стойкости от местных растительных форм. Такое опрометчивое обещание, по словам Мичурина, "крайне вредно для дела уже по одному тому, что вводит людей в обманчивые излишние надежды, и затем в разочарование".

Мне бы хотелось, чтобы наши ученые помнили слова великого русского химика Александра Михайловича Бутлерова: "Тот, кто проникается напрасным убеждением в непогрешимости своей научной теории, возвращается в сущности от науки к слепому верованию, т.е. к тому именно, против чего он думал бороться.

Слепое верование в непогрешимость научных теорий ведет к ненаучному, не оправдываемому ничем скептицизму, и зачастую мешает видеть новые реальные истины, лежащие вне области излюбленных теорий".

Надо сказать, что подобная метаморфоза произошла у Трофима Денисовича Лысенко. Он выступил в вашей стране как новатор. Никто не может отрицать того, что он дал очень много нового нашей биологической науке, нашей стране. Это безусловно, это несомненно, но Лысенко – представитель лишь одной ветви в биологической науке, лишь одного направления в школе великого Мичурина. Попытка подавить другие направления, опорочить ученых, работающих другими методами, ничего общего с новаторством не имеет. Деятельность Лысенко нанесла прямой ущерб.

Мы начали cо спорных положений современной биологии и приходим к бесспорному заключению: основной задачей нашей биологической науки является в настоящее время выяснение и использование всех возможных путей воздействия на животный и растительный мир на благо нашего народа.