Читаем Во имя будущего полностью

— Киртан, ты свободен от Дейрана! — рявкнула изо всех сил, вложив в команду не только магию, но и животный приказ, подкрепленный правом хранителя, пусть и другого мира. И в тот же миг незримая, но вполне ощутимая на высшем, ментально-магическом уровне золотистая нить подчинения между мужчинами с треском разрывается. Лопается, как слишком сильно натянутая леска. Не до конца, тонкая ниточка связи осталась, но это то, что делает Кира самим собой. Часть его навсегда останется сущностью принца. Как у близнецов. Но вот канат подчинения треснул и порвался. Правда, будь обряд завершен, скорее всего, у меня так легко не получилось бы. Но связь и так была непрочна, поэтому все удалось. Только порадоваться я не успела.

С рычанием принц кинулся на меня, частично перекидываясь в зверя. Я только и успела заметить золотые глаза и желтые когти на покрывшихся шерстью руках, а потом меня оттолкнули с пути.

Киртан! Я впервые видела его зверя. Он оказался мощнее принца, больше, сильнее. Шерсть темнее, практически черная, лишь слегка отливающая рыжиной. Золотые глаза сверкают, как огни, а рык потряс здание.

А дальше началось побоище. Под крики и визг женщин стража бросилась вперед. Кэр, Эрлин и Ас встали стеной за нашими спинами, не подпуская оборотней к сплетающимся в клубок Киртану и принцу. Сафиор пытается докричаться и что-то объяснить, но использовать магию не рискует, в отличие от Первого лорда.

Всего миг, когда сквозь хаос я успела заметить, как Тархиор, находясь в частичном обороте, бросается вперед к клубку из рычащих зверей и, сверкая глазами, вскидывает руку, что-то шепча.

Нет! Что бы он ни собирался сделать — это будет точно во вред Киртану. Не позволю! Рванув наперерез, сама не заметила, как частично обратилась. Наверное, виновата во всем общая атмосфера агрессии и животной мощи.

Мы достигли дерущихся парней одновременно. Первый лорд с занесенным заклинанием и я, вцепившись в руку и не позволяя опустить чары. Сила инерции от моего наскока на правителя была такова, что мы кубарем полетели в другую сторону. Обхватив его кисть, я со всей силы стала молотить ею об пол, пытаясь сбить заклинание. И у меня получилось! Вот только порадоваться я не успела. Оскаленная звериная пасть оказалась прямо перед моим лицом. Я даже ощутила дыхание смерти вместе с обрызгавшей меня слюной. Животные инстинкты затмили разум правителя. Зверь рвался защитить детеныша, а я была врагом. Врагом, которого необходимо было уничтожить. Тархиор рыкнул и вознамерился вцепиться мне в глотку. Инстинктивно, защищаясь, я вскинула руку, прикрывая горло. Успела в самый последний момент. Огромные желтоватые зубы вцепились в руку, прокусывая ее насквозь. Алая кровь хлынула из ран, и металлический запах заполнил легкие. В золотых глазах зверя зрачок застлал радужку, и последние крохи разума отступили перед инстинктами.

«Сейчас меня сожрут», — мелькнула мысль и тут же испарилась, сметенная волной окатившей руку лавы.

Приступ невыносимой боли поглотил мое сознание, и я закричала. Рука горела, кости рассыпались в труху, а мое запястье изнутри жег яд, разъедая кожу. Кто-то кричал, кто-то подхватил меня на руки, но мне было уже все равно…

Сознание возвращалось с трудом. Мутная пелена перед глазами никак не хотела пропадать. В ушах шумело, а нюх раздражал запах пота и крови. Голова тоже была чугунной, как после перепоя, кстати, мысли о похмелье подтверждали пересохший рот и легкая тошнота.

Что же вчера было?.. Опт, твою же… Кир! Ребята! Я подскочила из положения лежа, точнее попыталась, чтобы тут же повалиться обратно. Слабость не отступала, но зато пелена перед глазами рассеялась настолько, что я смогла осознать себя в пространстве. Оказалось, что лежу я на диване в той же комнате, правда сейчас больше напоминающей поле боя, а моя квинта, оборотни и учитель стоят полукругом, разглядывая меня с непередаваемым выражением лиц. Слава всем богам, что хотя бы все живы!

— Что? Что произошло? — и правда, чего на меня все так смотрят?

— Прости… прости, — передо мной на колени встал Тархиор.

Неожиданно, однако! Я перевела непонимающий взгляд на учителя.

— Посмотри на свое запястье.

На нем медленно пропадала, словно выцветала, татуировка. В круге, оплетенном цветами и лозами, был изображен кошачий глаз, у которого вместо зрачка полыхал огонь.

— Что это?

— Это знак крови. Его ставят, когда ребенку назначают армариуса, — и Тархиор протянул мне свою руку, на которой красовался такой же знак, — я твой армариус.

— Как? — больше я ничего не могла произнести, голос пропал и не желал возвращаться.

— Твои родители, опасаясь за свою жизнь, не хотели оставлять тебя одну и выбрали меня твоим опекуном, стражем, хранителем… как хочешь назови. В случае чего, я должен был отвечать за тебя.

— Лучше начни по порядку, — вмешался учитель.

— При всех? Не думаю, что стоит посвящать…

— Они моя квинта, — перебила я лорда. — У нас нет секретов.