Читаем Внутренние дела полностью

— На углу находится аптека Таубмана. Когда началась гроза, фармацевт, Таубман-младший, выглянул из окна и увидел бегущих людей, качающиеся рекламные щиты, подхваченные ветром баночки из-под пива. Он также заметил одну из своих клиенток, звонящую по телефону.

(Ну конечно же он заметил меня, этот грязный старикашка. Мою юбку подняло ветром, блузка вся промокла и прилипла к телу, как футболка спортсмена.)

— Это еще ничего не значит, Циммерман.

(Нет, это уже слишком. Улыбка разрослась до неимоверно больших размеров. Звучит сигнал тревоги.)

— Возможно. Но стоит потратить какое-то время на то, чтобы разобраться в этом деле. Я понял, что Таубман-младший не знает ее имени, но она постоянный клиент. Раз в неделю, а иногда и два раза, она покупает в аптеке презервативы.

Дым, выпущенный в его лицо, был подобен шпаге, клинку.

— Значит, она не боится СПИДа.

Улыбка слегка уменьшилась.

— Как это?

— Презервативы предохраняют от СПИДа.

Его лицо стало печальным: он надеялся, что перед ним наконец-то девственница. Пусть опытная, но все же девственница. Постепенно он вновь собрался.

— Таубман-младший описал ее: кудрявые каштановые волосы… — (Волнистые. Золотисто-каштановые.) — Рост пять футов пять дюймов. Худая… — (Пять футов пять с половиной дюймов. После этого калорийного завтрака я несколько пополнела.) — Ей немного за тридцать… — (Двадцать девять. Ладно, только что исполнилось тридцать.) — Не замужем. На руке нет кольца и…

— Многие женщины сейчас не носят кольца.

На его лице вновь появилась улыбка.

— Кольца нет, и она всегда покупает три упаковки презервативов. Таубман-младший сказал, что она напоминает ему тех вдов, которые каждый день ходят на рынок и покупают там только одну отбивную котлету из баранины. Они боятся покупать по три или четыре котлеты сразу. А что, если они вдруг умрут? Ведь тогда их деньги будут потрачены зря. Она боится…

— Она боится, что если купит дюжину, то ее никто не оттрахает. Из этого следует, что она не замужем, потому что замужние женщины трахаются каждый день. Так, что ли, парни? Давайте начистоту, — Мейбл погасила сигарету и сунула пачку в сумочку. — Ладно, господа. Я вас выслушала. У меня страшно мало времени. Что вы хотите услышать от меня?

Каллен подался вперед, намереваясь продолжать разговор.

— В вашем управлении проводятся расследования пожара в здании «Ралей» или каких-нибудь других пожаров, имеющих место в районе Клинтон за последнее время?

Мейбл сцепила пальцы рук и опустила их на край стола, приняв вид опытной женщины, беседующей с чрезмерно энергичными мальчишками.

— Это не мое дело, но я знаю, что полицейские не нашли доказательств тому, что «Ралей» подожгли.

Каллен кивнул:

— Разумеется, мы говорим о тех случаях, когда поджигатели не оставляют свои подписи.

Мейбл взглянула на него из-под ресниц:

— Сейчас уже все слышали о том, что Энн Джонс находилась в компании одного офицера полиции, когда в ее квартиру бросили зажигательную бомбу. Я полагаю, никто не пострадал.

Все это уже стало историей, но в этот миг Каллен понял, что взрыв все же причинил ему некоторый ущерб: его компьютерные часы вот уже несколько часов не выдавали сигнал. Время-то они показывали — 8.38.21… 22… 23, — но сигнальная система вышла из строя, возможно тогда, когда он ударился рукой о ванну.

— Никто не пострадал. Спасибо.

— А есть ли связь между этим происшествием и тем вопросом, который вы задали мне?

Каллен наплевал на свое обещание Энн:

— У Энн есть знакомый, которому заплатили за то, чтобы он поджег «Ралей».

(Он преувеличил немного. Ну и что? Не проливайте воду.)

— Кто ему заплатил? — спросила Мейбл. Судя по выражению ее глаз и по тому, как она держала голову, можно было предположить, она понимает, что Каллен преувеличивает.

Каллен развел руками:

— Я думал, что вы поможете разобраться мне в этом.

Мейбл откинулась на спинку стула, как это любила делать Ли Левитт. Она как бы отстраняла себя от надоевших ей людей.

— Итак, мы здесь вовсе не обмениваемся информацией. Вы хотите знать, кто поджег «Ралей», и вас интересует та персона, связанная с правоохранительными органами, которая видела кого-то, кто покидал дом Стори через черный ход? Откуда мне знать ответы на такие вопросы, черт побери!

Циммерман вновь вступил в разговор:

— Не персона, а женщина. Мы знаем, что это женщина. Нам хотелось бы знать, работает ли у вас женщина, живущая рядом с домом Стори. Если мы обратимся в отдел кадров, это вызовет подозрение.

Мейбл выразила удивление:

— Вы хотите, чтобы вам сообщили такого рода сведения о людях, которые ни в чем не подозреваются?

— Мы никого не подозреваем, Мейбл, — сказал Каллен. — Мы ловим убийцу.

Он придвинул свой стул к столу, допил кофе, кивнул Циммерману и встал.

— У вас есть наш номер телефона.