Читаем Внедрение «Спящих» полностью

— Понятно. Нет. Пока что видео мы ему не покажем. По-другому, решим зайти.

— А если он сообщит в ФБР?

— Может. Но мы его в оборот будем брать не завтра. Он скорее всего не сообщил о пропаже документов. Подождёт пару дней. Потом начнёт успокаиваться и решит, что всё прошло нормально. Это психология. Она хорошо известна.

— А зачем его отпечатки? Хочу понимать.

— Не догадываешься?

— Нет.

— Эти отпечатки говорят о том, что именно он отдал нам документы. Так это будут понимать в ФБР, если им всё это станет известно. Про воровство — это уже его лирика, так как он ничего не сообщил. Он нарушил запрет на снятие копий с этих бумаг, потом они оказались у врага. Как поступит с ним ФБР? Вот это ему будем объяснять. Так что, просьба к тебе огромная не затягивать с его пальчиками.

— А что с фильмом?

— С фильмом это очень ненадёжно. Возможно он вообще не боится огласки на этот счёт и не скрывает это от жены. Бывает и такое. Но как страховка, тоже отлично. Начнём с ним работать, потом поймём насколько фильм для него опасен.

После рассказал Громову как всё сделал, сказал, что со слов жены именно Томас главный координатор и специалист по этим вопросам.

Разъехались. Как достать его отпечатки? Пока что никаких идей не было.

Однажды Ричард мне сказал, что я остаюсь за него на две недели что он будет в отпуске. Ранее такого не было, всегда оставались за него кто-то из двух заместителей. Несомненно, это означало большое доверие ко мне.

Вместе с тем, Громов уже мне напомнил о Томасе и очень торопил.

Созрел дерзкий план.

Я вызвал наших специалистов и начал им задавать разные вопросы. Выяснилось, что всё у нас нормально, но можно лучше. Есть что усовершенствовать. Я поставил задачу дать мне предложения по тому что надо заказать.

Вечером спросил Вильте о том интересно ли для их фирмы такие заказы. Она отреагировала почти безразлично, сказала, что для них это мелочёвка. Я объяснил ей что хочу немного отличиться к приезду Ричарда. Это подействовало, и она предложила кому-то из руководителей этого блока написать её начальнику Томасу соответствующее письмо по электронной почте, снабдила адресом.

Я поставил такую задачу и просил всю переписку пересылать мне.

К конечном итоге, Томас предложил встретиться и обговорить варианты сотрудничества. Я поставил задачу менеджеру организовать эту встречу именно у нас, в кабинете Ричарда.

В общем это выглядело вполне естественно, вполне в рамках делового оборота того времени. В конце концов мы Заказчики, мы платим деньги и у нас есть выбор.

В назначенное время я, Томас, один из его подчинённым и наш главный системщик были в кабинете Ричарда.

Я лично предлагал и наливал напитки. Это я никому не мог доверить! В общих чертах всё обговорили, и я сказал, что окончательное решение примет Ричард, который скоро вернётся из отпуска. Всё выглядело безупречно. Мы простились, а стакан Томаса в тот же вечер был в тайнике.

Теперь эта операция доведена до конца. Операция, которую я сам полностью спланировал и провёл.

Сейчас можно сосредоточиться на Вильте. Что с ней делать?

Ничего в голову не приходит.

Я встретил Ричарда из отпуска очень уверенно. Разобрали все дела, и он сам решил заняться сотрудничеством с Томасом. Понравилось ему очень то, что я всё подготовил, но оставил возможность все заслуги присвоить себе.

Вдруг, поступила задача, по возможности отследить все возможные контакты Томаса вне офиса.

Решил, по крайней мере, сопровождать его аккуратно до дома, после работы. До работы не хотел себя утруждать. После работы и не сложно и не очень опасно, тем более дома он встречаться не будет, скорее всего. По дороге домой вполне может где-то остановиться или заехать.

Около месяца следил. Ничего нового. Два раза встретился с пидарасом, один раз с моей женой, правда в новом месте, то есть фильма не будет.

С Вильтой всё это терпеть уже невозможно. Совсем на душе хреново.

Если этого Томаса грохнуть, то мне легче не станет. Он ни в чём не виноват. Во всём виновата только она. К тому же в случае его убийства — я, ревнивый муж, и есть главный подозреваемый. И наше ГРУ, если что-то заподозрит, будет мне очень «благодарно». А что они мне сделают? Премии что ли лишат? Я их сам могу премировать.

Как-то вскользь Громов мне сказал, что в агентурную разведку стараются не брать женщин. Тогда я не спросил почему. Теперь начало доходить. У них многое не рационально, многое на эмоциях. Сам до таких выводов дошёл. Я практик, не теоретик. Поэтому берут мужей и их вместе с ними.

Срочный вызов.

В тайнике беру пистолет, две ампулы и инструкции. Есть ещё одна ампула, моя, в запасе.

Еду в Калифорнию. Там должен не вернуться с очередного утреннего заплыва солидный мужик, проживающий там в своей вилле. Судя по имени и фамилии, не наш. Хотя кто его знает? Может очередной Володя, но нелегал.